Аарон Малк лишь улыбнулся.

— Голову оторву! — пообещал я. — Зачем ты ее подменил?

— Из-за денег, зачем еще, — облизнул Аарон пересохшие губы и неожиданно трезво спросил: — Разве непонятно?

— Кто тебе заплатил?

Но миг трезвости уже прошел, и в ответ иудей только захихикал.

— Говори! — рявкнул я.

— Чтобы мне оторвали голову?

Аарон забился в истерическом приступе смеха, я отвесил ему пару хлестких пощечин, но лучше не стало.

— Так мы от него толку не добьемся, — нахмурился Рамон. — Надо уводить его отсюда.

— Придется, — вздохнул я, отставил трость и начал поднимать иудея на ноги, но тот отпихнул меня и прижался спиной к стене.

— Нет, — замотал он головой, упершись спиной в стену. — Нет! Нет! Нет!

— Скажи, кто тебе заплатил, — решил я подбить его на сделку, — и мы оставим тебя в покое.

— Нельзя! — всхлипнул Аарон. — Слушайте, я вам заплачу! У меня много денег! Хватит на всех! Мы разбогатеем!

— У тебя двадцать франков в бумажнике.

— Нет! У меня десять тысяч франков! Прямо с собой, да! — выкрикнул Малк, судорожно прижимая к груди смятый пиджак. — Но я получу еще больше! Я получу столько, сколько попрошу! Все, что у него есть! Только не мешайте! Я поделюсь! Три тысячи, пять, да хоть десять! Мы будем богаты, только не спрашивайте имя! Это секрет! Мой секрет!

— Нельзя столько курить, — вздохнул Рамон. — До утра точно не очухается.

— Проклятье! — Я выругался, сунул портфель под мышку и вновь потянул на себя иудея, но тут за спиной послышалось явственное:

— Пст!

В приоткрытой двери мелькнула физиономия беловолосого лепрекона; Рамон выскочил в коридор и повел винчестером, да только коротышки-альбиноса уже и след простыл.

— Оставь его! — крикнул я и развернулся к иудею, как вдруг на подоконник с крыши бесшумно скользнула темная фигура.

Дьявол!

Оборотень одним стремительным прыжком пересек комнату, я загородился от него портфелем, а в следующий миг мощный удар сшиб меня с ног и отбросил в дальний угол. Рухнув на пол, я сразу выхватил из кармана «Цербер», оборотень ловко двинул коленом, и пистолет улетел в коридор. Взметнулась когтистая лапа, но полумрак комнаты тотчас взорвался ослепительной вспышкой выстрела!

Голова зверя расплескалась кровью, пуля десятого калибра снесла макушку и засела в простенке. Рычаг винчестера резко ушел вниз — клац! — и сразу вернулся обратно, оборотень шатнулся в сторону, уходя с линии стрельбы, и Рамон повел стволом, ловя движение зверя. Пространства для маневра у того не оставалось, и тяжеленная пуля десятого калибра, угодив в грудь, разворотила ребра и отшвырнула оборотня к дальней стене. Он вцепился когтистой лапой в подоконник, выпрямился, и следующее попадание попросту выбросило его на улицу. Снизу послышался грузный удар и треск досок.