Вот она, разница между членом великой семьи и обычным солдатом удачи, который в жизни не сможет овладеть столь сильной техникой.

Парень быстро расправился с каждой тварью и вытер клинок об алую ткань, которая покрывает перила. Выдохнув, он посмотрел на меня и, улыбнувшись, спросил:

— Ну как?

— Сильно, очень сильно, — мои слова идут из глубины души, здесь нет места лести. Я не уверен, что смог бы совладать с ним… — Все отпрыски великих семей настолько сильны, как и ты? — прямо спросил я. Оник скривился лицом и, приподняв бровь, горделиво задрал голову:

— Я вхожу в топ сто сильнейших в молодом поколении.

— А точнее? — спросил я, прищурив глаза.

— Ну… Девяносто восьмое место, — парень отвернулся и сделал вид, что ничего не говорил.

— Погоди-погоди, — я поспешил его остановить. Мне стало жутко интересно узнать про так называемые места и прочие мелочи, которые я могу вытянуть из него. Эта информация мало чем мне поможет, но всё равно банальный интерес уже не остановить. Чёрт, в такие моменты я чувствую себя маленьким ребёнком, который приехал в Москву из глубинки. Всё привлекает внимание, и хочется ткнуться носом во все горящие огни.

— Что значит — «молодое поколение»? — я остановил его. Оник ответил, не поворачивая головы:

— Считаются люди до тридцати лет.

— Список состоит исключительно из членов великой семьи? — я согнул правую бровь и спросил парня о содержании так называемого топа.

— Нет, с чего ты взял? — он удивлённо посмотрел на меня, — Там есть люди из разных слоёв общества: хоть солдаты удачи, хоть члены имперской армии.

Я застыл в ступоре. Почему его слова так сильно расходятся с тем, что мне сказал толстяк Саймон?

— Разве великие семьи не отлавливают талантливых практиков? — спросил я. Мне нужно узнать больше, чтобы потом это можно было обсудить с Саймоном. Уж очень сильно разнится полученная информация. Чёрт, кому же доверять?

— Ты про это… — Оник склонил голову набок и, немного подумав, ответил: — Не совсем так. Великие семьи бьются за свою репутацию и незыблемую позицию в обществе. Те, кто бросают вызов, будут убиты, и не важно, кто ты — талантливый практик или сам император, — гонора этому парню не занимать. Он говорит это на полном серьёзе.

— То есть я не могу убить отпрыска великой семьи? — я прищурил глаза и задал, пожалуй, самый серьёзный и опасный вопрос.

— Можешь, только бросив ему вызов прилюдно, — парень хмыкнул, — Ты уже обследовал комнаты? Долго ты возился, не думаю, что с такой особенностью ты упустишь шанс выловить рыбку из мутного пруда, пока я чахну внизу от скуки.