Глава 13. Лестница снов. Уровень 2: Шёпот в тишине
Страница 71 из 72
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 13. Лестница снов. Уровень 2: Шёпот в тишине

Страница 71

- Ты хорошо справился, Семён, - хоть мне и хреновато, но необходимо поддержать — подбодрить напарника, долгое время жившего в этом странном «издательстве».

- Я просто хотел не сойти с ума, - ответил он, тяжело дыша.

Лестница заканчивалась. Впереди, метрах в десяти, виднелась массивная дверь. Но последний пролёт охраняло оно:

Эхо-Критика.

Мини-босс — увеличенная версия того, с чем мы только что дрались. Ростом под три метра, три рта вместо одного - расположены на лице. Прозрачная плоть, внутри которой перекатывались буквы и слова.

- Григорий Алексеевич, - произнёс средний рот.

- Какая встреча, - добавил правый.

- Твоя книга - это просто набор клише, - закончил левый, и все три засмеялись.

[СИСТЕМА]

ПРОТИВНИК ОПОЗНАН: Эхо-Критика (уровень 11).

Особенности: атакует психическим уроном (10 HP за каждые 10 секунд), слова материализуются в острые буквы, летящие в цель.

Уязвимость: собственная книга автора.

Совет: прочитай лучшую сцену. Или самую смешную.

- Да пошла ты! - ответил грёбаной системе, доставая бензопилу.

- Зачем? - усмехнулось Эхо-Критика. - Ты всё равно не сможешь меня порезать. Словами нужно отвечать, а не железками.

Правый рот выплюнул фразу: «Взгляд его был пустым, как карманы студента перед стипендией».

Буквы засверкали в воздухе и полетели в меня, острые, как иглы. Едва успел пригнуться, и то, одна полоснула по плечу, оставляя порез.

[СИСТЕМА]

Психический урон: 5 HP.

Здоровье: 68/100.

- Сука!

- А вот ещё, - сказал средний рот. - «Она пахла сиренью и отчаянием». Сирень и отчаяние не смешиваются, Григорий. Это плохая метафора.

Новая порция букв, от которых пришлось уворачиваться.

- Хватит! - заорал Критику. - Ты ничего не понимаешь в моей книге!

- А что там понимать? - засмеялись все три рта. - Скукота.

Семён, который до этого молчал, вдруг выступил вперёд:

- А ну заткнись, херня трёхротая! - крикнул он и начал читать.

«Лунный свет над руинами». Отрывок, где главный герой стоит на краю пропасти и говорит: «Я не сдамся, потому что если сдамся - никто не вспомнит, зачем я жил».

Голос Сени дрожал, но он читал громко, чётко, с какой-то отчаянной верой.

Эхо-Критика замерло. Три рта захлопнулись, потом открылись снова, пытаясь повторить.

- …не сдамся… потому что если… - забормотали они, путаясь.

Я подхватил начинание:

- «Стеклянные сны» не бьются, - прочитал свою переписанную фразу. - Они рассыпаются, но их можно собрать заново.

- …рассыпаются… но можно собрать… - повторило Эхо-Критика, и в её голосе появилась растерянность.

- Это твоя лучшая сцена, Григорий? - спросил Сеня, не прекращая читать.

назадназад
1 ... 69 70 71 72
впередвперед