Я представил его в тот момент. Как он, сидит на бетонном полу в сыром подвале, прижавшись спиной к холодной стене, и смотрит на команду Кая, которая окружила его со всех сторон. Помидорка с самодельно сделанным пистолетом с глушителем в руках и остальные. Они смотрят на него, как волки на загнанного оленя. В очередной раз он был не хозяином своей судьбы, впрочем для него это было привычной ситуацией. Ещё бы, Жорж столько лет прислуживал этим уродам из Совета Родов… Тьфу….
— Какая Людмила? — спросил он жалобным голосом.
Я усмехнулся. Как же, сука, предсказуемо. Первая стадия отрицания пошла. Все они проходят через это, когда их припирают к стенке.
— Людмила Богданова, — сказал я медленно, чтобы он точно понял про кого я говорю. — Та самая официантка из ресторана «Альфа», которая была любовницей императора, а потом исчезла в один день, как будто её никогда не существовало. Та самая, о которой вы знаете всё, но прикидываетесь, что не помните или вы хотите сказать, что я ошибаюсь? Подумайте хорошо, друг мой, сейчас на кону стоит намного больше, чем вам может показаться на первый взгляд.
Я услышал, как он вздрогнул. Как его дыхание стало прерывистым, как он пытается проглотить ком в горле, который появился после моих слов. Я прочитал по его голосу, что он знатно так хренел. На все сто процентов. Потом наступила тишина. Я знал, что он не просто молчит, а прокручивает в голове варианты возможного ответа.
— Я не знаю, про кого вы говорите, — сказал он тихим голосом. — Не знаю никакой Людмилы…. Тем более любовницу самого императора… Откуда мне простому аристократу из Нижграда владеть такой информацией? Вы ошиблись… Я не знаю, о чём вы говорите…. Может быть, кто-то подставил меня?
Я засмеялся так прям от души. Этот старый лис пытался выкрутиться из сложившейся ситуации л Классика. Все они одинаковые, когда попадают в угол, сначала делают вид, что не понимают, потом начинают торговаться, а в конце умолять о пощаде. Разница только в том, сколько времени у них уходит на каждый этап. Дорский уже проскочил первый и перешёл ко второму. Он торговался, пытаясь сохранить свою жизнь всеми возможными способами.
— Жорж, — сказал я, и мой голос стал твёрже. — Вы можете включать дурочка, но если так пойдёт дальше, я просто продам вас Совету Родов. Я скажу им, что вы рассказали мне про эту девушку, но я сразу же решил, что они должны знать об этом. Вы не хотите, чтобы они узнали, что вы говорили со мной. Поверьте, они найдут способ сделать вашу смерть долгой и мучительной. Они не любят, когда их пешки начинают действовать самостоятельно им наперекор. Да ладно, Жорж! Прекратите вы уже ломаться. как девственица на первом свидании. Мы оба с вами сейчас понимаем, что у вас нет выбора. Давайте будем честны и не тратить зря время?