Задумался Двадцать квартир…. Двадцать грёбаных дверей. Если я начну стучать в каждую, это будет выглядеть как обход какой–то. Могут вообще подумать, что я преступник и вызвать полицию. С моими фальшивыми документами в кармане мне точно не нужны проблемы с представителями закона. Нет, конечно, я точно решу эту проблему с помощью Змея или Господина Чэня. Только вот меня сразу отправят назад в Империю. Об этом точно узнает Молотов и будет тогда прятаться ещё лучше, а без него мне тело не найти.
Я стоял и смотрел на огни Пекина, когда услышала шаги. Судя по легкому звучанию, женские. Обернулся.
Я был прав. Она вышла из одной из квартир, той, что ближе к балкону. Молодая, лет двадцать, по крайней мере на вид. Чёрные волосы, собранные в высокий хвост. На ней была белая футболка, без ливчика и обтягивающие шортики. В руках пачка сигарет.
— Привет, — сказала она на имперском с лёгким акцентом. — Есть зажигалка?
Я похлопал по карманам.
— Нет, — честно ответил я. — Не курю…. Вернее, не курил раньше, но если у тебя есть лишняя… То готов составить компанию.
Она усмехнулась, протянула мне сигарету. Потом вернулась и пламенем и щёлкнула зажигалкой. Я взял, прикурил и закашлялся, едкий дым ударил в горло, и я понял, что не курил уже несколько лет. А в этом теле так вообще ни разу вообще. Но держаться надо было.
— Ты откуда тут? — спросила она, выпуская ровную струю дыма в вечернее небо.
— Приехал в гости к другу, — сказал я. — Старому другу. Он тут живёт…
— Из двести шестилесятой? — она прищурилась.
Я понял, что она даёт мне подсказку! Хотя… или проверяла меня? Чёрт, как же я люблю такие ситуации, когда ты должен угадать ответ, чтобы не выглядеть подозрительным, а единственная подсказка это случайная фраза незнакомой девушки, которая курит на балконе. Ну ладно, давай поиграем в эту игрушку.
— Ну а где же ещё может жить старик имперец в этом доме? — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо, почти лениво. — Все знают! Он сильно да выделяется на общем фоне? Верно? Как он себя ведёт кстати?
Она засмеялась тихо, вообще без напряжения.
— Да, он странный, но тихий. Никогда ни с кем не ссорится. На самом деле, я с ним даже ни разу не разговаривала. Однажды мы ехали вместе в лифте, но он даже не поздоровался. Просто улыбался, как дурачок. — сказала она.
Ну конечно, если ты была в такой же майке, то я не удивлен.
— Он вообще молчаливый человек, — сказал я, чувствуя, как внутри что-то начинает складываться картинка.
Она докурила сигарету, затушила бычок о перила и бросила его в маленькую урну, стоящую в углу балкона.