Рина, не дожидаясь ответа, направилась к лифту, цокая каблучками. Войдя внутрь, она удерживала кнопку «Открыть двери».

— А если я не хочу домой? — предпринял я последнюю попытку.

— Ничего страшного. Тогда я пойду к тебе одна.

— У тебя есть ключи?

— Выломаю дверь.

— И когда ты этому научилась?

Рина молчала, всем своим видом показывая, что от нее так просто не отделаться. Она не торопила меня, просто стояла в лифте и каждый раз, когда двери начинали закрываться, нажимала кнопку. Скрип… скрип… скрип… Двери открывались и закрывались, демонстрируя завидное упорство девушки.

Я тяжело вздохнул. Не мог грубо прогнать Рину, ведь она могла быть той, кто оставил следы крови ночью… Прогнать ее было бы неправильно и с моральной, и с практической точки зрения. Если той ночью пострадали обе, то лучше уж прослыть подлецом, чем отвергнуть любую из них.

— Ладно, пойдем.

Я шагнул в лифт.

Рина даже не улыбнулась, лишь слегка кивнула. Ее бледные пальцы отпустили измученную кнопку и нажали нужный этаж.

Дзинь!

Мы быстро дошли до квартиры. Я достал ключи и медленно открыл дверь.

В прихожей горел свет, отбрасывая на нас длинные тени.

— С возвращением! — раздался нежный, с нотками смущения женский голос.

Рада Сергеевна встречала меня, слегка склонившись в прихожей.

Сегодня она выглядела совсем иначе — настолько, что я невольно замер.

Длинные волосы были собраны на правом плече, несколько прядей заплетены в изящную косичку и перевязаны белой лентой. Мягкие пышные кончики волос спадали на ключицу, едва касаясь белоснежной кожи. На губах мерцал легкий блеск, делая их соблазнительно мягкими. В воздухе витал тонкий аромат лаванды. Весь образ излучал домашний уют и женственность.

При этом на Раде Сергеевне был надет только фартук… тот самый легендарный фартук на голое тело. Это был подарок от магазина для постоянного клиента — маленький фартук, подходящий для стройных девушек вроде Рины. Но на пышных формах Рады Сергеевны эта тонкая ткань едва прикрывала самое важное.

Я на мгновение забыл о Рине, не в силах отвести взгляд. Впервые в жизни пожалел, что не фотограф.

Рада Сергеевна, опустив голову, не замечала второго гостя. Она сложила руки на фартуке и слегка поклонилась, отчего завязки на спине образовали дрожащий бантик, готовый вот-вот развязаться.

Я невольно прищурился. В висках стучало. Только сейчас заметил, что свет в прихожей слишком яркий. Почти ослепительный.

— Я убралась в спальне и ванной, приготовила ужин… — начала Рада Сергеевна смущенно. — Может быть, сначала поужинаешь или примешь душ?..

Но ее прервал неожиданный голос: