Пока я размышлял об иронии судьбы и справедливом возмездии, появились результаты симуляции.

Симуляция завершена. Получена награда: Опыт управления (высокий уровень).

Общая оценка: 45%.

Достижение: Кошмар подвальных крыс.

Комментарий: Вы прекрасно понимаете, что суть заработка — в отказе от совести. Чем ниже Ваши моральные границы, тем больше денег можно заработать. Возможно, Вы бы выжили в средневековой Европе.

Награда: 120 очков.

В мое сознание хлынул поток управленческого опыта. Знания были всеобъемлющими: от тонкостей распределения ресурсов до создания эффективных иерархических структур, где каждый уровень подчинялся верхнему звену.

М-да, чистой воды капитализм.

Я усмехнулся, осмысливая полученный опыт. Впрочем, для будущего бизнеса такие знания могли пригодиться. Не обязательно выжимать из людей все соки, как в симуляции «Нет торговли без обмана», но базовые принципы управления определенно стоило взять на вооружение.

Размышления прервал настойчивый голод — легкий ужин у Юли явно не справился со своей задачей. Я поплелся на кухню, достал из холодильника продукты, но, взглянув на мясо, поморщился. Слишком свежи были воспоминания о котлах с крысятиной из симуляции. Вернув мясо на место, ограничился просто макаронами с овощами.

Привычно помыв посуду, мельком глянул в окно и замер. В доме Анны Викторовны горел свет, а у входа выстроились черные автомобили без номеров. Периодически какие-то люди почтительно заходили внутрь.

Тот очкарик и толстяк — верхушка группировки. Раз такие шишки собрались ночью, дело серьезное.

Видимо, Анна Викторовна разбиралась со слежкой, организованной заместителем главаря. Это меня не касалось, и я решил не лезть в чужие разборки. После стольких симуляций прекрасно понимал: даже если у заместителя есть влияние, против Анны Викторовны, да еще с компроматом на руках, тот не рискнет пойти в открытую.

К тому же времена безнаказанных разборок прошли — сейчас все решается иначе. Да и телохранители у нее не хуже спецназовцев.

Успокоенный этими мыслями, я быстро провалился в свой особый «младенческий» сон. А в соседнем доме продолжалось ночное собрание.

В элегантной гостиной Анна Викторовна восседала на диване, закинув ногу на ногу. Простое белое платье и небрежно заколотые гребнем волосы создавали образ мягкой домохозяйки. Но собравшиеся члены группировки стояли, низко опустив головы, не смея проронить ни слова.

Перед ней, слегка подрагивая коленями, застыл очкарик с пробором. Его правый мизинец был плотно обмотан окровавленным бинтом.

— Костя, — произнесла она с обманчивой мягкостью, — хватит этих игр. Ты уже не мальчик, чтобы просто извиняться. Ошибки нужно исправлять. Ясно?