— Внимание, мои духи чуют магию в этих самолетах! — Внезапно подала голос Гуля, рядом с головой которой вдруг возникло маленькое сиреневое облачко и чего-то шептало девушке на ушко. Вернее, передавало мыслеобразы, однако близость шамана и сотрудничающей с ним сущности значительно облегчала обоим работу и взаимопонимание. В принципе, ощущать потоки энергии могли практически любые духи, и потому когда-то затрофееные мной с высшего вампира очки теперь не представляли такой великой ценности…Хотя все равно обращались с ними бережно, как с одним из самых главных инструментов в мастерских при артефакторах. Видеть-то обитатели иных слоев реальности волшебство видели, но вот с тем, чтобы детально описать воспринимаемое ими у них, как правило, возникали большие сложности. — Кажется, некоторые внутренние детали прошли через нечто, похожее на наши ритуалы прочности…Но почему-то не корпус и не крылья…А на моторе точно есть чары для снижения веса. Еще у майора при себе какая-то очень необычная фляга, напоминающая тот сосуд, где хранятся последние капли нашей святой воды.

— Интересно…Но не неожиданно. — Решил я, наблюдая за тем, как машины одна за другой прекращают вращать винтами, а летчики медленно начинают отстегивать страховочные ремни и вылезать из своих машин. Всего летательных аппаратов осталось шестнадцать. Изначально эскадрилья насчитывала два десятка кукурузиков, однако один остался на базе военных из-за проблем технического характера, а еще три погибли в бою. Обломки мы нашли, но не пилотов. Только лужи крови, обрывки одежды и отдельные фрагменты вроде полуобгладанной руки со следами от укусов множества тонких и длинных рыбьих зубов. — С учетом того, что мы знали о сотрудничестве официальных властей и существовавших в тайне магических структур, наличие чародеев и даже истинных священников у маршала Крючкова вполне логично. Унаследовал от предыдущего руководства страны.

— Почему серп и молот? Вы решили возродить Советский Союз? — Первым делом поинтересовался у летчиков Мирохин, после того как те наконец-то подошли к автобусу.

— Это не мы, — чуть усмехнулся Зеленевич, поочередно здороваясь со всеми за руку. — Это какие-то энтузиасты гражданской авиации, которые эти машины по колхозам Астрахани и собирали. Они же на них первые пулеметы и поставили…Ну не перекрашивать же было после конфискации!

— Значит, вы прилетели к нам из Астрахани? — Лично меня как-то царапнуло небрежность, с которой было произнесено слово «конфискация». Интересно, а какую-нибудь компенсацию те любители гражданской авиации получили? Хотя бы в виде действительно надежной защиты, раз уж у них забрали технику, позволяющую почти безопасно отстреливать подавляющее число противников в довольно впечатляющем радиусе вокруг своего аэродрома. — А почему вы взялись за бипланы, а не подняли в воздух боевые вертолеты или какую-нибудь нормальную авиацию, которая могла бы всех тех дикарей за секунду с землей сравнять?