— То была просто пощёчина.
— Скажешь тоже, у него морда наполовину сине-зелёная и опухшая. От простой пощёчины так не будет.
— А это он потом неудачно упал на…
— На весло? — я сделал вопросительно-серьёзное лицо.
— Возможно, — в уголках глаз Трикс появились смешинки, кажется лёд тает, господа. — Но я тебя искала не за этим.
— А зачем?
— Не люблю когда обо мне распускают слухи.
— А я причём?
— Я вообще. Просто чтобы ты знал и понимал. Я не люблю когда на мой счёт треплются. «Я видел», «я трогал» и всё такое. Понятно? — мне кажется или она немного покраснела?
— А…
— А то Хлыст может узнать, что ты помог мне со спором.
— С каким ещё спором?
— На который мы забились с Фрондом. Кто первый разобьёт три синтезатора из медицинского инвентаря Хлыста, док к ним так трепетно относится, аж смешно. Ты помог мне выиграть с перевесом в одно очко.
— Выходит вы разбили аж пять штук? — так вот почему Хлыста так взбесило падение аппарата. — Но я был в рабских бараках…
— И потому не помог мне с первыми двумя синтезаторами, — в тон отозвалась Трикс. — Зато помог с последним. Кажется он был самый любимый и, так сказать переполнивший чашу терпения. Теперь не факт, что Хлыст вообще будет слушать оправдания когда расчехлит свою энергетическую махалку.
— Махалку?
— Почти то же самое «весло», но круче, — похоже надо мной прикалываются, но крыть пока нечем.
— Ладно, — миролюбиво согласился я, тем-более что и так не собирался распускать никаких слухов. — Уговорила, но с одним условием.
—???
— Ты угощаешь на первом свидании.
— Почему это я?
— Ага, значит на счёт свидания возражений нет?..
Отступление третье.
Сравнительно недавно. Судно Независимого Дипломатического Корпуса Федерации Кай (НДК ФК). Каюта для брифинга.
Фигура в чёрном балахоне остановилась посреди каюты и скинула капюшон. Это оказался Триерт. Загоревший и полный здоровья. На его голове тонкий обруч похожий на деревянный.
— Приветствую профессор.
— Привет, — устало зевнул Заларон. Рыжий старик, кажется, осунулся и постарел ещё больше, не смотря на медицинские технологии федерации и терапию борианцев. Омоложение он проходил редко и каждый раз скидывал не более десяти лет, считая, что при его должности он обязан выглядеть зрелым. — Присаживайся.
Заларон вынул из ящика стола стеклянный короб, в нём лежит точная копия обруча Триерта. Профессор приподнял крышку.
— Клади.
— Думаете они могут слышать через это? — поинтересовался Триерт когда обруч оказался внутри, а крышка захлопнулась.
— Очень сомневаюсь, но предосторожности…
— Лишними не бывают, — продолжил бывший ученик за бывшим наставником. — Выглядите усталым.