На военной базе Новой Гатта́рии готовились к важной боевой операции. Лазерник в полной экипировке, с сумками на поясе и лентами грозно выглядящих боеприпасов крест-накрест на торсе, с радиопередатчиком в ухе вошёл в комнату, что освещалась тусклым светом мебельных ламп и включённого компьютера. Мать лежала на широкой кровати рядом со спящим ребёнком. Пухлощёкий младенец месяцев восьми раскинул в стороны ручки и сладко сопел. В полумраке не каждый понял бы природу поблёскивающих пятен на его нежной розоватой коже – но это был тот же материал, что составлял импланты матери.
— Идём, – позвал её лазерник.
Молчание.
— О нём позаботятся.
— Нет, – отвечала мать.
— Не пойдёшь? Пожалеешь.
Он присел на постель и, склонившись, поцеловал её в губы.
— Пока, Аполло.
— Пока, Ла́рия.
Дверь скрипнула и затворилась за ним, храня от внешнего мира сумеречный уют. А взгляд матери-элькса́рима оставался прикован к этой двери, словно сопротивляясь…
Где-то война. Где-то, куда даже на реактивном самолёте добираться часов десять, где из-за разницы часовых поясов день обращается ночью… А в Новой Гатта́рии царило летнее, жаркое, мирное утро. Гулять с детьми, особенно с па́нтами, имеющими потребность в природном компоненте баланса, приходится в любую погоду, поэтому Джоанна с подругами решили встретиться на детской площадке пораньше, пока палящее солнце ещё не превратило её в раскалённый котёл. Старшие детишки играли в догонялки на городке, а младшие – Род и За́ндер – болтались в качельках.
— Ты его пускаешь ползать по траве? – спросила Кве́лли Чиксо́де, доставая своего бутуза. – Он ведь ползает у вас?
— Какой там ползает… Встаёт! – поделилась Джоанна, как будто сетуя.
— Это же замечательно!
— Да? А я вот читала, что слишком ранняя вертикализация вредна для неокрепшего позвоночника ребёнка.
— Это же па́нты, – отмахнулась Кве́лли, опуская За́ндера на землю, – у них всё равно слегка ускорено развитие. Ты не забивай голову интернетом, вон, в нашем Центре педиатра лучше спроси.
— А про пант пишут, что в возрасте до двух-трёх лет они так же развиваются, как и естественные дети, – никак не унималась Джоанна.
— Врут! У нас Аэ́зель к десяти месяцам уже вовсю топала.
Как будто услышав своё имя, бойкая коротко стриженая девчушка в перепачканном комбинезоне подбежала и напрыгнула маме на спину – та как раз опустилась, чтобы лучше следить за малышом.
— Мам! А можно Ри́у и Ви к нам в гости придут?! – с наскока затараторила она, не дав матери опомниться. – Можно, а, можно?! Мы ведь были у них позавчера, теперь наша очередь приглашать! Я им покажу, какой дом можно сделать в Мункра́фте! И какие там водятся крылатые тигры…