Вот же падла. Ариса ведь договаривалась с ними, никаких фиксаций личности, только пропустить на входе. Для этого специально более дорогой тариф оплатили.
— Бесчестные твари, — говорю мудаку в в форме на жонг-гуо.
Эту фразу услышал от Норимацу, когда она последний раз со своими родителями дома общалась. По-китайски тоже хорошо звучит, ярко и красочно.
— Страхов Сергей Степанович! — зачем-то повторяет фемине охранник.
Видимо, потому, что фонетика моего имени с первого раза ему не далась без погрешностей. Половину букв не выговорил: если бы я не знал, как меня самого зовут по документам прикрытия, и не расшифровал бы текста.
Ух ты, а ведь я её не признал по запаре. Точнее, сперва не всмотрелся, а под кепкой с длинным козырьком и в новой причёске не узнал на бегу:
— Привет! — вежливо машу рукой китаянке Чонг. Чуть подумав, добавляю. — Дорогая Сяо Ши.
Это она была третьей в небоскрёбе Шереметьевых, когда мы с Арисой познакомились. Тогда ещё дочку Демидова вытаскивали, заодно и этим двум азиаткам помогли.
— Ржевский, привет! Какими судьбами⁈ — не такая уж и далёкая знакомая (если подумать, виделись всего раз, но жизнью рисковали вместе, хотя и по-разному) бросается мне на шею, швыряя зачем-то на пол кепку. — Немедленно все вон! — драконом ревёт она соотечественникам. — Защиту рабочего места вернуть! Навести порядок! БЫЫЫЫЫЫСТРООО!
— Поработать зашел, — честно отвечаю на поставленный вопрос. — Добросовестно созвонились предварительно, оплатили арендное время, хотел с артефактами повозиться. А тут, — кошусь на пятёрку мудаков.
На самом деле, конечно, охота материться: всё больше крепнет подозрение, что в этом городе на нелегале мне не выжить. Каждые полчаса кто-то норовит инкогнито раскрыть.
Одна надежда, Чонг первые два слова сказал по-русски. Местные, судя по всему, в других языках не сильны, авось и не понял никто ничего. Тем более фамилию.
— А ты тут что делаешь?
— Кое-чем заведую, — она оглядывается по сторонам.
Затем отстраняется, смотрит на меня с жизнерадостной улыбкой, и снова обнимает.
Её земляки, потупив головы, всё теми же стремительными тараканами начинают бесшумно наводить порядок, избегая смотреть в нашу сторону. Слава богу, хоть какой-то конструктив от их трудозатрат.
— Я так рада тебя видеть! — продолжает хлопать меня по спине китаянка.
— Это хорошо, — говорю.
Потому что в ответ на её радость можно не скрывать и свою: мои ладони сами по себе, вообще без моего участия, стремительным броском устремляются вперёд, чтобы приветственно сжать ягодицы новой старой знакомой: