Задумчиво оглянувшись на торчащие в разные стороны обломки стекла из рамы, она прикусила нижнюю губу и скрылась в кабинете.
— Вы⁈ — граф явно не ожидал её увидеть.
— Я. Как говорит кое-кто, рекомендуюсь собственной персоной. — Наследница заняла стул напротив чиновника. — Серёж, вообще-то я к тебе ехала по делу. А тут такая сцена, — она хищно улыбнулась, демонстрируя безукоризненно белые зубы. — Твоего общения с посетителями.
— Вы уже всё прочли? — Воронцов, подобравшись, приложил палец к виску.
— Ещё в коридоре. Перед тем, как несколько минут потратить на мудака Ржевского: у тебя дверь и стенка для ментала проницаемы.
— Вы с ним пересеклись⁈
— Да, пока ты здесь сопли жевал и совестью маялся, — Юлия забросила ногу на ногу и коротким движением забрала из рук собеседника стакан.
Понюхав содержимое, она сделала несколько мелких глотков и удовлетворённо кивнула:
— Неплохо… Серёж, ты же уже догадался, зачем я здесь?
— Нет. — Граф побледнел, прикладывая максимум усилий, чтобы не отвести взгляда.
— Хорошо, тогда я сама расскажу, — погладисто предложила наследница. — Дело в том, что твои договорённости с братцем Димой с этой минуты немножко меняются.
— В смысле? — Воронцов сжался сильнее.
— Мною. Знаешь, а ведь тебя все недооценивают. — Юлия одним глотком допила чужой бренди.
Поднявшись со стула, она пошла вокруг стола.
— Как бы меня ни оценивали те, с кем я работаю, это не может быть предметом нашего разговора, Ваше Высочество.
— Да не бледней ты так! — дойдя до угла кабинета, цесаревна развернулась обратно. — Я ж не убивать тебя приехала!
— Это нарушение всех договорённостей, — граф выпрямил спину. — Есть оговоренные правила игры, нашей общей за Соту. Есть сформировавшиеся партии наследников, наконец. Вы сейчас это всё нарушаете самим фактом разговора со мной!
— Ты же никому не расскажешь, — Юлия улыбнулась шире — Я тем более. А пока из ваших трясин о моём визите до столицы слухи доползут, папа уже и мораторий пять раз отменит.
— Я немедленно… — Воронцов с опозданием опустил взгляд и метнулся рукой к нагрудному карману, где хранил связные и защитные амулеты.
— Замер! — ментальное принуждение хлестнуло его по ушам, словно бич погонщика. — Вот что ты сделаешь в ближайший час…
— Дима! — посередине нашей съёмной квартиры материализовывается Накасонэ.
Я как раз заканчиваю доедать колбасу.
— Хорошо, что ты вернулась быстро, — заявляю абсолютно искренне.
У нас с ней, кажется, наметилось ещё одно интересное общее дело (к обоюдному согласию и радости, с работой не связано).
— На твоё имение напали! — Ариса, похоже, не разделяет моих устремлений именно в данную секунду.