Их было четверо. Два желтокожих, негр и белый. В их руках были ЭМ-пистолеты.

Я не люблю кровь. Никогда мои предки не боялись её. Но почему я должен её любить? Я не люблю оружия. Почему я должен его любить? Я не люблю свистящих вокруг, рикошетирующих от стен и потолка пуль и пения ЭМ-пистолетов. Почему я должен их любить? А ещё я не люблю, когда вокруг тебя падают безжизненные тела, и ты понимаешь, что следующее тело будет твоё!

Двое моих сопровождавших не успели сделать вообще ничего и упали, как снопы пшеницы, на которые налетел ураган. Третий, в штатском, падая на пол, несмотря на расплывающуюся на своей груди алую розу, выдернул пистолет и из последних сил нажал на спусковой крючок. Пуля попала в шею белому. Он упал, захлёбываясь кровью. Но тут же очереди пригвоздили смельчака к полу.

Несколько секунд — и четыре трупа. Нападавшие не хотели причинять мне вреда. Меня не задела ни одна пуля в то время, как я столбом стоял в центре шквала.

— Бери, — кивнул негр на мой чемодан. — Быстрее.

Он тоже спутал меня с киберносилыциком.

Пистолет в его руке и выражение на его лице не способствовали лишним вопросам, и я счёл за лучшее подчиниться. Мы бросились по коридору.

Мы пробирались по каким-то закоулкам, преодолевали вентиляционные туннели, где я чуть не был разрублен лопастью огромного вентилятора, сгибаясь в три погибели, карабкались по узким проходам, утопая по колено в ржавой воде. Кто бы мог подумать, что в космопортовском комплексе есть такие места? Я понимал, почему выбран именно этот маршрут — это единственный способ избежать взора понатыканных на каждом углу следящих контрольных систем.

Минут через пять мы, запыхавшиеся и взмыленные, выбрались из служебного коридора к автобусной остановке. Господа, откуда взялось это название? Автобусов на Марсе не было с роду. Да и на всей Земле их остались считанные единицы… Вы знаете, что такое остановка в космопорту? Круглый прозрачный купол метров двухсот в диаметре, в котором ждут несколько десятков марсоходов типа «парящий лист» — главное средство передвижения на Марсе. Может, вы мне объясните, почему у вас не прижился воздушный транспорт и вы вынуждены трястись по колдобинам? В другой раз? Хорошо, тогда я продолжаю.

Нас ждал быстроходный «Форд-крокодил» — побывавшая во многих пыльных бурях, с облупившейся жёлтой краской, затрапезного вида машина.

— Сюда, — кивнул обезьяноподобный чёрный брат, и я устроился на неудобном, жёстком, будто специально созданном, чтобы доставить как можно больше беспокойств, сиденье. Салон был рассчитан на трёх человек. В тесной кабине пахло машинным маслом и жжёной резиной. На Марсе отношение к удобствам не такое трепетное, как на Земле. Суровый край первопроходцев.