Два пулемётчика одновременно отвалились от орудий, которое буквально через мгновение принялось выкашивать всех, кто в этот момент находился на улице. И только затем прогремел взрыв, превративший бензоколонку в огненное облако. Хотя, насколько я помню, изначально обсуждалась другая очередность действий. С другой стороны, ни один бой не обходится без накладок.

Бинокль повис на шее, а я бросился к треноге с установленным на ней миномётом. Снова припал к глазку прицела, выжидая, когда заглохнет крупняк. И опять пропустил нужный момент. Просто потому, что никто не бьёт из пулемёта непрерывной очередью, а понять, когда огонь прервался на прицеливание, а когда на перезарядку, не так-то просто. Тем более что я находился под влиянием очень сильного гормона.

Снаряд нырнул в ствол и с низким хлопко́м умчался в сторону форта. И сразу снова заработали пулемёты, прорежая очередных героев, дерзнувших показаться на открытом месте. Мина ударила точно в центр площадки, где по вечерам всегда выстраиваются машины, спешащие выскочить на улицы Мешка. Я не имел ни малейшего понятия, пострадал ли от взрыва хоть кто-то, и тут же закинул в миномёт очередной заряд.

Одновременно с разрывом мины выпрыгнули окна комендатуры. Стёкол там не было ещё с момента атаки форта пиратами, а теперь здание лишилось и рам. Но виной тому был вовсе не я, потому как взрыв произошёл внутри помещения. Надеюсь, это дело рук наших.

Пулемёты больше не огрызались, из чего я сделал вывод, что охотники окончательно оставили огневую позицию. И без зазрения совести сунул в ствол миномёта третий заряд, который снова приземлился в ту же самую точку, что и два раза до этого. Грохот, конечно, знатный, но бестолковый. Это поняли и оставшиеся в живых пираты, которые короткими перебежками начали продвигаться к зданию комендатуры.

Прикинув примерное расстояние до будущего места сбора штурмовиков, я внёс коррективы в орудие, а затем закинул очередную мину через стену форта и припал к биноклю. На этот раз я накрыл противника как раз в самый ответственный момент. Обзор заволокло дымом, и мне никак не удавалось нормально оценить причинённый ущерб. По крайней мере, визуально.

— Руль, мать твою, ты что, дебил⁈ — донёсся гневный голос Гюрзы из рации.

— Чё опять не так-то? — совсем не по уставу уточнил я.

— Да мы здесь чуть в ёжиков не превратились! Ты можешь так близко к комендатуре не бить⁈

— А-а-а, — вернул я. — Ща подправлю.

Сместив огонь чуть правее, я отработал по территории в шестой раз и вдруг осознал, что заряды закончились. Что делать в этом случае, я приказа не получал, а потому улёгся на плоскую крышу и припал к прицелу автомата. Сам не знаю на что надеялся, наверное, разум окончательно затмил адреналин. Всё же расстояние до ближайшей цели — примерно метров восемьсот. И если для миномёта это и не дистанция вовсе, то для стрельбы из «укорота» — просто недостижимый результат. Да я даже противника толком не видел. Магазин опустел, а я (предсказуемо) так ни в кого и не попал. Осознав всю тупость собственных действий, я наконец принял единственно верное решение: валить с крыши, пока меня не достали.