Я забился в угол, с ужасом наблюдая за тем, как ряженые кромсают друг друга, и никак не мог понять, кто за кого сражается. Поэтому плюнул на толпу и переключил внимание на главных персонажей схватки. Однако за бушующим пожаром ни хрена не было видно. Тем более что к магическому замесу подключились ещё двое мужиков в рясах. И что-то мне подсказывало: пора отсюда валить. Огонь уже перекинулся на строение. Помещение заволокло едким дымом, от которого в лёгких образовался комок.

На четвереньках я добрался до двери, толкнул створку и едва успел упасть на пол. Новая порция кислорода ворвалась внутрь, образуя некое подобие взрыва. Пламя с гулом пронеслось над головой, не на шутку перепугав стражников, которые не спешили вваливаться в тронную залу на шум.

К моему удивлению, Воланд всё ещё был жив. Он выскочил из пылающей залы, как чёртик из табакерки, развернулся, выставил перед собой руки и скривил лицо. Весь огонь, что в этот момент бушевал внутри, сместился к трону. Похоже, температура у этой массы зашкаливала, потому как цвет пламени сделался почти белым. И похоже, этот ход принес окончательную победу Воланду. Из залы донёсся вопль, полный боли и обречённости. Ещё трое бойцов, сторонников нашего мага, выскочили из залы, а затем он погрузил всю комнату в натуральный ад.

Честно говоря, я думал, что терему конец. Но, как оказалось, магия способна не только раздуть пожар, но и погасить его за секунду. Воланд продолжал исполнять какие-то пассы руками, а я с удивлением наблюдал, как он комкает пламя, натурально снимая его со стен и оставляя пожар где-то посередине. А затем он хлопнул в ладоши, и огонь рассыпался крохотными искрами, словно его и не было. Дымом тут же заволокло всё, люди закашлялись и поспешили на выход.

У терема уже собралась толпа, и когда появился главный виновник торжества, хоть и слегка опалённый, люди взорвались победным криком. Похоже, Воланд давно планировал переворот, но по каким-то неведомым для меня правилам не мог претворить его в жизнь.

С чего я так решил? Да просто люди не очень любят перемены и вряд ли бы стали радоваться силовому захвату власти.

— Соклановцы! — выкрикнул Воланд, воздев руки. — Власть Люцифера пала. Я бросил ему вызов и победил. Но… я не такой, как он, и не стану загребать под себя власть. Мы поступим так, как до́лжно: проведём честные выборы нового главы.

«Ну да, можно подумать, люди сейчас решат, что у руля должен стоять кто-то другой. Особенно после столь героического выхода на сцену», — подумал я, но Воланд снова меня удивил.