Я не выспался. В капсулу раньше положенного времени лезть нельзя. Хоть я и капитан уже, но пока год не отсижу в Расвах, в ночь меня впустят только через капсулы общего доступа для игроков. Те, которые рядом с реаниматором находятся. Понятно почему.
В итоге я закинулся кучей таблеток, часть из которых пришлось растворять в воде. Нажрался углеводов и заполз в капсулу. Меня пустило в Роркх, конечно. И это было настоящим блаженством. Ничего не ломит и не болит. Резко, внезапно, до одури. Приятно. Но шанс поймать рассинхрон очень высок. В таком состоянии я бы в любом случае полез только через капсулы общего доступа. От греха подальше. Имп его знает, какой фантомный перенос я поймаю с таким раскладом. И как он на мне отразится.
У остальных все в порядке. Разве что Рино немного уставший. Но в последние пару недель он такой постоянно. Днем куча тренировок, а ночью ему не спится. Явно по другим причинам, нежели мне. Посмотрю, как это отразится на его игре, и тогда уже буду думать. В остальном отряд в боевой готовности. Я на бездушном Ролле, Маус на вампире, Рино на стандартном недооборотне, а Ана в образе рыжей красотки с автоматом. Больше всех меня порадовал Овер. Мы долго решали, как ввинтить нашего мага в партию против Бездны. Но он просто сказал, что сам разберется. И удивительно, но никто не полез спорить. Маус сразу ответил, что умывает руки от Овера. Хоть из отряда гоните. Я его понимаю. Овер сказал: «сам разберусь». И это означало: «не лезьте в мои дела, иначе пожалеете». Я не знал, чего ждать, поэтому просто перебросил магу наши сборки и продублировал бриф от Усатого. Сказал, что готов помочь, если потребуется. Не потребовалось.
Овер пришел в своем ханте. Седой старик, как и всегда. Мантия в этот раз бордовая. А вот ни посоха, ни книги заклинаний не было. Конечно, хант другой, просто они все у него как-то похожи. Или тот же? Можно играть одним магом, но разными классами? Вроде нет. Я вообще без понятия, что это за архетип сейчас у него. По цвету мантии я бы сказал, что пиромант. Но Овер не любит стихийников.
— Маг крови? — спросил я наугад.
— Увидишь. Пусть будет сюрпризом.
Я кашлянул. Оглядывая улыбающегося паренька. Мне это не нравится. Не люблю, когда что-то в отряде мне неизвестно. Но Овер еще ни разу не дал повода в себе усомниться. Ни разу. И он единственный, кто играл чисто. Даже к Маусу у меня иногда возникали претензии или вопросы. Редко, но все же. А к Оверу нет. Само собой, я говорю про боевую составляющую партии. То, что он там ковры музейные тащит в свою нору и матерные послания из расчлененных тел выкладывает, — не в счет.