— Алекс, — сказал я, пережевывая суши. — Собрать отряд, контрящий конкретного бога, — это хорошая идея. Зайти в безбожную ночь с четким планом — это хорошая идея. Пойти учиться к профессионалам, в конце концов, — это хорошая идея. А влить бабло в ферму хантов, чтобы получить с нее прибыль, — это полный провал. Кто тебя надоумил это сделать?

— Ты.

— Чего, блин?

— Я искал варианты подзаработать. Ты сказал не соваться в партии, вот я и стал искать обходные пути.

— Алекс, блин. Импова твоя башка. Чего тебе на попе ровно не сидится? У тебя что, денег мало?

— Не в деньгах дело, Арч. А в отце. Ты же знаешь, какой он у меня.

— И что он на этот раз отхлобучил?

— Да ничего конкретного. Просто чуть что, он сразу тыкает в меня своим любимым «вот я в твоем возрасте».

— Но ты же не он.

— Да, но отец реально в мои годы уже неплохо зарабатывал. Сам. А тут ты со своим Роркхом взлетел. Вот я и подумал. Удивить его. Он же вообще в эту тему принципиально не лезет.

— Слушай, я не то, чтобы взлетел. Так, приподнялся пока.

— Тем более. Со стороны-то это выглядит как раз, словно ты куш срубил.

— А почему у тебя отец, кстати, не инвестировал в Роркх? Уже шестой год игре. Многие на ней подняли миллионы. У твоего бати же всегда был нюх на такие дела.

— Он и есть. Нюх, в смысле. И он чего-то там разнюхал. В самом начале. И не полез. А когда я сказал ему, что хочу попробовать заработать в Роркхе, то отец обложил меня трехэтажным матом. Он все еще считает, что туда нельзя лезть.

— Это почему? Тут же цифры сами за себя говорят. Примеров сотни.

— Говорит, что все это мыльный пузырь. И все это должно лопнуть. Это простыми словами. Ты хоть и учишься на экономическом, но мы оба знаем, как тебе интересна эта тема. А отец видел отчеты ОбсСиса, которые есть в открытом доступе. Он считает, что все это липа.

— А ты?

— Я пытался разобраться. Но мне пока это сложно. Со стороны выглядит так, будто бы их на старте финансировали. Причем речь идет о миллиардах. И не рублей.

— И что тут удивительного? Они же инновационную технологию создали. На тот момент. Да даже сейчас никто не может повторить Роркх. Сколько игр у нас с полным погружением? И ни одна так не выстрелила.

— Потому что не могут повторить эмоциональную составляющую, как я понял. Только в Роркхе работают усилители рецепторов.

— Еще влияние на сознание. Ни в одной игре больше нельзя сойти с ума. Или получить кратковременную амнезию, — вспомнил я одну из партий. — А потом вылезти из капсулы без последствий.

— Не знаю, Арч. Все равно там что-то странное творится. Такое чувство, что эта контора вообще денег не зарабатывает, если честно. Отчетность есть, но она какая-то… пластмассовая что ли. Странная.