— А мы вообще куда попали? — продолжал сыпать вопросами лейтенант.

— Остров Мурин, или вас интересует название планеты?

— Да, всё нас интересует…- негромко проговорил он опечаленным голосом.

— Вы попали на Рорию, планету островов, разбросанных по бескрайнему океану. — ответила киса и перевела внимание на пациента.- Как вы себя чувствуете? Павел, да?

— Получше. Да, явно получше.-"заглянув внутрь себя', ответил Волгин.

— Полностью эликсир подействует в ближайшее время, ну а мне пора возвращаться в госпиталь. Вон как раз идёт тот, кто покажет, где вам жить, и обеспечит вас работой.

Все дружно посмотрели в сторону одетого в костюм-тройку кота, только Павел провожал благодарственным взглядом кошку-лекаря.

— Здравствуйте, таны. Я так понимаю, что это именно вам срочно нужна крыша над головой, еда и работа? — приподнимая шляпу, проговорил подошедший кот.

— Всё верно… Тан? Правильно? — ответил Карпов.

— Верно. Меня можете называть тан Мартин, и я готов проводить вас до места вашего проживания.

— Парни, Пашку цепляем и погнали. — коротко распорядился Карпов.

Тент снова оказался в руках четверых парней, и края ткани практически полностью скрыли для Павла обзор. Он болтался в этом «гамаке» и всецело был сосредоточен на своих ощущениях. Когда дрон скинул гранату, и её осколок пробил каску, он откровенно испугался. Испугался он того, что умрёт вот так, истекая кровью и прекрасно осознавая, что умирает. Спасло его только вмешательство Владина. Игорёк крайне вовремя оказался рядом и утащил его в более прикрытое зеленью место. Там он с матюками вколол ему промедол и начал бинтовать голову. Дальше он очнулся уже тут, а вот ожидание смерти никуда не ушло. Было погано, было обидно, хотелось жить, а теперь это всё улетучивалось, и он отчётливо понимал, что смерть прошла мимо, и он будет жить. Сейчас ему даже было неважно, что скорее всего он больше никогда в жизни не увидит своих родных, маму, сестру, дедов, главное, что он по-прежнему жив и может ощущать эту жизнь.

До места проживания добрались минут за двадцать. Парни, конечно, устали его тащить, но так добираться было быстрей.

Дом был откровенной лачугой, больше напоминающий обмазанный глиной навес, но в нём был длинный стол и четыре двухъярусных кровати, собранных из тонких жердей. В окнах стёкол не было, и закрывались они на ночь и в непогоду исключительно ставнями, а ещё в нём присутствовало много плетёных корзин.

— Волгин, ты как? — обратился к нему один из переносивших его парней.

— Оживаю.

— Нам бы такой «Живой воды» туда.