— Но там же дивизия…
— Дивизия там действительно была, вчера. Есть ли она сейчас — этого никто не знает. Так что ждем Соколовского, а я сейчас своих наводчиков в Можайск отправлю. Вы в Можайске выгружаетесь? И включены в состав 16-й армии? Вот карта на пятое и на вчера. 16-я армия под Ярцево. Так что дождаться Соколовского рекомендую. Кстати, вон он приехал. Тащ генерал!
— А, Петр, вовремя, тут задание для тебя есть.
— Так меня озадачили.
— Кто?
— Комфронта.
— Где он?
— В оперативном, вместе с Рокоссовским, командующим шестнадцатой.
— Да, не вовремя ты подъехал… — сменил мнение начштаба.
— Как приказывали, строго по часам.
— Да носом должен чуять, когда в курилку уйти требуется.
— Не срослось, полковник Львов задержал с заявками.
— Да, ладно, чё уж там. Вязьма?
— Так точно! Мне семерых летчиков-ночников требуется подкинуть, тащ генерал. Четверо сбиты, где находятся — непонятно. Двоих на «утят», ранения, одного снимать требуется с вылетов.
— Что так?
— Выспаться ему надо и оклематься. Двести сорок пробоин привез, и ни в одном глазу. Нервяк пошел. Пусть отдохнет, нервы у всех не железные. Машины получаем, а летчиков — нет.
— Хорошо, постараюсь дать людей. С тебя — облет и фотографирование района фронта. Как хочешь, так и крутись.
— Есть. Тут, Василий Данилович, объяснить командирам требуется, что такое Вязьма и с чем ее закусывать придется.
— Пройдемте к секретчикам, товарищи командиры, там переговорить сможем. То, что называется: все не так просто, как хотелось бы. Есть нюансы.
Соколовский подробно рассказал и показал на карте то, что ему известно о противнике, указал места складов боепитания. Выделил два батальона пехоты в качестве прикрытия. Передал в 126-ю приказ пробиваться к Минскому шоссе, соединяться с танкистами и держать связь с 13-м ГвОРАП.
— Петр, какими средствами можешь усилить группу?
— Две радиостанции РСБ-А, два взвода охраны с тяжелыми пулеметами, они, правда, авиационные, но стреляют, станки им приспособили. Шесть командных радиостанций непосредственного наведения. Две автомашины с зарядниками для аккумуляторов, топливом, боеприпасами и продовольствием. К сожалению, больше ничего нет. Да, радиостанции — немецкие, но переделанные под наши частоты. Нужна серьезная бумага, тащ генерал, иначе радистов могут расстрелять.
— Зайдете к Лаврентию Фомичу с этой запиской, получите у него. — Он черканул несколько строк на листочке. Затем дал возможность Петру позвонить в полк. Пожал всем руки и вышел.
Полковник Калихович и подполковник Дружинин вышли на крыльцо, закурили, а потом Калихович спросил Петра: