Мой толстый сопровождающий мучительно давил из себя улыбку. Уже отчасти понимая, что будет дальше, я шагнул в тёмный, пахнувший сигаретным дымом дверной проём. Пусть всё происходит под крышей. Свидетели в таких делах не нужны. А звать на помощь, что бы там ни заварилось, я всё равно не собирался.

И, может быть, я всё-таки неправильно оцениваю обстановку и ошибаюсь. И тогда сунуть своему провожатому кулаком в челюсть и ускакать через заборы куда глаза глядят получилось бы совсем нелепо. И непростительно перед итальянскими товарищами.

Но нет, в своих подозрениях я, увы, не ошибся.

Как только я оказался в прихожей, из комнаты в мою сторону выдвинулся человек. Был он невысок и коренаст, кучерявая голова торчала над серым свитером с высоким горлом. А из руки его в мою сторону торчал пистолетный ствол. Толстяк позади меня уже успел подсуетиться и теперь тыкал ещё одним пистолетом в мою правую почку.

— Не сопротивляйся, и останешься живой, — долетел до моего уха его нервный голос.

Я кивнул и поднял перед собой руки. Вот наконец-то всё и прояснилось.

Толстый принялся меня обыскивать. Я не взял с собой пистолета, бродить с оружием по центральным площадям не стоило. К тому же я рассудил, что если мой единственный контакт здесь, в Италии, окажется провален, то всё пропало. Теперь я пожалел о своём решении. Да, контакт провален, и всё пропало — но из положения надо как-то выходить.

Толстяк искал моё оружие, которого здесь не было, шарил меня под пальто.

— Ай, щекотно!.. — засмеялся я.

А потом ударил ногой по руке кучерявого. Пистолет вылетел из его руки, ударился о стену и глухо стукнул о подстилку на полу. Толстый замешкался и получил удар локтем по рёбрам. Его оружие по праву более сильного и быстрого перешло ко мне. Сам толстяк тут же повстречался головой с дверным косяком и грузно завалился мне под ноги.

Кучерявый тем временем полз на четвереньках в попытке схватить утраченный пистолет. Я прыгнул к нему, приложил с ноги в бок. Заорал: «А ну, не трогай!» И тут увидел, что за дверным проёмом соседней комнаты кто-то есть.

Пока что в этом доме из людей мне попадались только мужики с пистолетами. И этот, в комнате, оказался из них же. «Бах! Бах!» — грохнуло и сверкнуло вспышками его оружие. Я едва успел прыгнуть на пол. Пули влепились в стену, задребезжали стёкла, ухнула о пол картинная рама. Я перекатился и нырнул в другую комнату. Мой манёвр сопроводили новые выстрелы.

Это была спальня — к счастью, пустая. Я проверил доставшийся мне пистолет толстяка. Итальянская Беретта, логично. Патроны в обойме имелись.