- Так надо для будущего, - отвечает Аяз, и в его голосе слышится этакая убеждённость… Непоколебимая убеждённость…

- А Миша говорил, что Иван – это человек Церен. Что это она его к нему присылала, – Горохов пожалел, что тут нет Шубу-Ухая. Он бы хотел… устроить между ними очную ставку, что ли…

- Миша – глупый, ему знать про всё не нужно, - отвечает Аяз. – А Иван умный, он мог сказать Мише, что пришёл от Церен. А сам он был от Отшельника.

- Иван искал тебя, – говорит Горохов.

- Да искал, в том-то и дело… Но если он от Церен, зачем ему искать меня? Церен и так знает, где я, ей Шубу-Ухай мог точно сказать место, да и не нужно ей было это, это она меня сюда направила, - отвечает ему проводник.

- А ты сказал, что пророк.

- Пророк благословил, а всё устроила Церен.

- Она при вашем пророке занимает важное место, - замечает Горохов.

- Пророк – душа, Церен – мозг и руки…

Андрей Николаевич некоторое время молчит, следит то за тем, как Оглы управляет машиной, то за дорогой. У него в голове не укладывается всё, что он только что услышал.

«Люсичка-Церен… Неужели всё это – её задумка? Скорее всего! В общем-то, она на такое способна. Видок у неё был в тот раз, мягко говоря, так себе… Ей, судя по всему, самой для нового перерождения реликт нужен. Вот сколопендра… Сидела, со мной разговаривала, детей каких-то показывала, а сама уже прикидывала, как за меня ей черти из блока выдадут пузырёк вещества! Какая же хладнокровная тварь! Взяла и послала меня на убой… А Шубу-Ухай – он знал обо всём этом? Наверное… А он передо мной «дурочку ломал», грустил, что его не взяли за веществом. Собирался Гуту убивать и к Церен бежать. А ведь это он украл у меня секстант, чтобы я точное место блока не мог установить. Ну да ничего… Я его и так, если надо будет, теперь найду».

Всё это было ему очень неприятно. В который уже раз Люсичка обманывала его. Его, человека, которого обмануть было непросто.

Звёзд на небе всё больше, и месяц поднимается всё выше. В общем, теперь ехать без фар можно было уверенно. Саранча влетала в лобовое стекло всё чаще, а значит, её тут было много, и шелест крыльев скрывал, чуть заглушал работу мотора, в общем…

- Прибавь немного, - говорит Андрей Николаевич, и Аяз послушно прибавляет скорости. И тут же спрашивает:

- Куда мы едем?

Но бывший оперуполномоченный не собирался удовлетворять его любопытство и спросил в свою очередь:

- Так зачем Церен и Шубу-Ухай уговорили меня сюда прийти?

И это был как раз тот вопрос, на который Оглы снова не хотел отвечать.

«Боится, сволочь!».

- Ты лучше не молчи, - настаивает Горохов. – Или ещё сейчас получишь по рёбрам. Ну…