В следующий миг из саркофага показалась костяная рука и резким движением схватила Серёгу за лицо.

— Ааа, фука! — заорал он, вцепившись в руку и пытаясь сорвать её.

Я прицелился и рубанул киркой по локтевому суставу, отрубив конечность. Серёга тут же отскочил назад, а из саркофага показался сам скелет, крайне недовольный тем, что его оставили без руки. Ещё один взмах — и вслед за рукой отлетела его голова.

— Ну конечно же, это была ловушка. Разве могло быть иначе? — посетовал я.

— Да фнимите бвять ф меня эту фуку! — напомнил о себе Серёга, всё ещё тщетно пытавшийся сорвать с себя костяную пятерню.

Катя замахнулась мечом, чтобы перерубить пальцы. Но решила, что не стоит испытывать свою меткость в сантиметрах от Серёгиного лица, убрала меч и просто отцепила пальцы один за другим, после чего брезгливо отбросила руку в сторону. Та ещё пару раз дёрнулась и затихла.

— Вашу ж мать! Грёбаная нечисть! Я чуть не обосрался нахрен! — продолжал разоряться Серёга.

— Радуйся, что Лиды тут нет, и она не видит твоего позора, — усмехнулся я и заглянул внутрь. Ничего. Вот блин, зря только пыхтели с этой плитой.

На другой стороне склепа располагался ещё один проход, уводящий дальше. Туда мы и пошли.

И вскоре вышли к обрыву. Далеко внизу росли жилки какого-то светящегося минерала, так что даже мои не обладающие ночным зрением напарники могли разглядеть, что там, внизу, происходит.

Там бродили скелеты. Много скелетов. Вооружённые как саблями, так и луками. Только один отличался от остальных: он был одет в доспехи, а в руках держал булаву и щит. Назовём его скелет-витязь.

Но так как экспу за мобов тут не дают, скелеты ради скелетов не имели бы смысла. Но кроме них, было ещё кое-что. Кроме того светящегося минерала, я разглядел на полу и стенах много других жилок разных цветов: чёрных, белых, желтоватых. А вон тот прозрачный минерал очень походил на…

— Хрусталь! — шёпотом произнесла Катя.

— Похоже на то, — кивнул я.

Но была одна проблема.

— Падать далеко придётся, — произнёс Колян, прикинув высоту.

Да уж. Высота была метров пятьдесят, а возвышенность, на которой мы сейчас находились, была отвесной. Аккуратно по ней не спуститься, а если спрыгнуть, скелеты нас потом будут от пола отскребать. Может, в моём зверином камне есть какой-нибудь скрытый перк на пониженный урон от падения, но проверять что-то не хочется.

— Придётся поискать другой путь, — сказал, и мы пошли дальше.

Моя догадка оказалась верна, и подземные тоннели постепенно уводили нас вниз. Именно тоннели — во множественном числе. Они часто разветвлялись, и приходилось выбирать, в какую сторону свернуть. Мы выбирали те проходы, которые уводили именно вниз, избегая тех, которые шли прямо или вообще вверх.