Юлия.
– Она такая красивая, Эдичка… Надышаться не могу, – протягиваю в динамик, любуясь новорожденной дочерью. – Носик такой, глазки… Хочешь, я тебе еще одну фотку пришлю? Или…
В динамике слышится шуршание, сменяющееся раздраженным покашливанием мужа:
– Вас же завтра выписывают, Юль? Значит, увидимся. А фотками уже весь телефон завален. Ты бы попридержала коней. У меня сделки, работа нон-стоп. Я документы изучаю, вникать пытаюсь, а ты… И все одни и те же. Вот тут Ксюша лежит, а тут глазки открыла… Слушай, ну хорош уже идола из нее делать.
– Я не делаю, Эдик, – со слезами в голосе отвечаю я. – Просто…
– Да знаю я все. Снова начнешь свою шарманку: десять лет не могли родить, годы лечения и тонны пролитых слез. Увидимся завтра, окей? Пока, я побежал.
– Ты на работе?
– Ну а где еще?
– Пока, родной… Я скажу, во сколько и…
– Все, Юль, пока...
Ксюша сопит, пригревшись возле моего бока, а я… Хмурюсь, услышав странное шипение в динамике. Мы попрощались, но разговор продолжается…
Поднимаюсь, стараясь не разбудить малышку, и подхожу к окну… Не дышу почти, позволяя зародившейся во мне боли, разверзнуться… Разделить меня и иллюзию счастливой жизни надвое…
«Слава богу, отстала. Иди ко мне, Ларка. Завтра кончится лафа», – звучит голос моего мужа.
Ларка? Это ведь его новая ассистентка, да? Рыжая выдра с высокомерным взглядом. Я всего дважды ее видела…
«А разве ты не хотел ребенка, Эдик? Твоя жена на каждом шагу распиналась, что вы десять лет не могли… Ай, колготки порвешь, неутомимый. Ах… Ты как зверь, Эдичка. Голодный, дикий, как оголодавший лев».
Сжимаю губы, чтобы не заорать в голос… Из-за непрерывно льющихся по щекам слез, картинка за окном размывается… Ни черта не вижу – ясного, почти весеннего неба, грязных, собранных дворниками вдоль дороги сугробов, машин, несущихся по трассе… Вокруг серая хмарь… Ощущение, будто я погружаюсь в бездну, а надо мной – беспросветная толща воды…
«Это не я хотел, Ларис. Жена хотела. А мне прекрасно жилось без детей. И… Ладно бы сын, она дочь родила».
«Что ты теперь делать будешь? Младенцы орут, как оглашенные, все время какают и требуют внимания. Ах… Господи, Эдик… Мне так с тобой хорошо», – попискивает Лариса.
Предатель… Он же обыкновенный предатель… Как я раньше не замечала этого? Ну, да… Наверное, он прав – я была сосредоточена только на беременности. Грезила ею, считала идеей фикс. А на мужа смотрела, как на быка-осеменителя…
«Не знаю, Лар. Не отвлекайся, милая… Давай же, детка… В кухне мы этого еще не делали».
В кухне?! Так он дома? Привел любовницу и развлекается с ней, пока я... кормлю его новорожденную малышку?