Кравцов стоял у окна, смотрел на стадион двор, не оборачиваясь, по нему было видно, что пятнадцать мало, он рассчитывал сделать семнадцать-двадцать. Это его задевало, но он не показывал.

— Громов Алексей.

Я поднялся с лавки. Подошел к перекладине.

Ладони сухие после бега, чуть подрагивают от остаточной молочки. Я взял мел из коробки, не горстью, как Кравцов, а двумя пальцами, нанес тонким слоем на основание ладоней и на подушечки под пальцами.

Лишнее стряхнул. На перекладине лишний мел только мешает, забивает структуру изоленты, ладонь начинает скользить по самой меловой пыли, а не по обмотке.

Встал на ящик. Перекладина на уровне ладони, поднятой вверх.

Я ухватился хватом сверху, ладони вперед, чуть шире плеч на ширину одного пальца. Это мой рабочий хват, отработанный за лето на самодельной перекладине у Степаныча в сарае, той, что сделана из обрезка водопроводной трубы, прихваченной болтами к стропилам. Здесь труба толще, изолента шершавая, хват держит хорошо, без проскальзывания.

Сашка-длинноногий отодвинул ящик ногой по полу. Я повис.

Полное вытяжение. Плечи опущены, спина расслаблена, ноги прямые, голеностопы скрещены, правый поверх левого. Сделал короткий выдох, ушел в первое.

— Раз.

Первые три подтягивания я делал медленно, с фиксацией в верхней точке на секунду. Это была привычка с болезни, с учетом плеврита, когда быстрые рывки били по диафрагме и бок отзывался резкой болью.

Медленно поднимаюсь, диафрагма работает спокойно, бок остается на тройке. Чисто, технично, без рывка и болтанки, ноги прямые.

— Два. Три.

В нижней точке полное выпрямление локтей. Не задерживался, но и не выскакивал из нижней рывком, а проходил ее в одну плавную дугу. Бицепсы работали, широчайшие мышцы как основной двигатель.

— Четыре. Пять.

С пятого я прибавил темпа. Бок отозвался небольшим уколом, терпимо, ниже фоновой боли. На каждое подтягивание один вдох-выдох, на нижней точке вдох, на верхней короткий выдох через нос. Это старая, проверенная техника, Сазонов учил еще в прошлой жизни.

— Шесть. Семь. Восемь.

На восьмом плечи начали гореть. Первое предупреждение, лактат пошел в широчайшие.

Я сократил время подъема, увеличил время в нижней точке, отдых под нагрузкой, как это называется, дает мышце восемнадцать-двадцать процентов перерыва на восстановление без потери хвата.

— Девять. Десять.

В нижней точке десятого повтора я повис на четыре секунды. Не для отдыха, а на технический перерыв.

Глубоко вдыхать нельзя, бок тут же ответит. Короткие частые носовые да, можно. Я сделал четыре коротких вздоха, накапливая кислород, потом сделал следующее подтягивание.