— Феноменально… Пожалуй, ты талантливейший адепт, которого я встречал в жизни… — Донеслась новая фраза. И кажется, в ней даже не было сарказма. Вот только мне было не до того. Я завис, мучительно выжигая внутри себя чужой дух, стаскивая его в ядра и там переваривая. Пока обглоданные от энергии чакрамы неслись вниз.

— И что? Следующей фразой скажешь, какая крутая из меня получится нежить? — Усмехнулся я, раскидывая руки и снова заставляя звук подчинить себе реальность.

— Возможно. — Коротко бросил враг, заставив сразу четыре кольца взметнуться перед ним, и напитывая те черной дымкой. А через мгновение бой начался по-настоящему. Мне приходилось маневрировать, делать резкие рывки, в попытках уйти от снарядов. Но те били с необычайной скоростью и силой, разряжая абсолютный щит и заставляя меня раз за разом пропускать через тот чудовищные объемы силы. Мои же контратаки… Враг их словно не замечал. От стрел звука он уходил легко. И только, кажется, звон разрушения мешал ему, ослаблял или и вовсе выпивал досуха энергию из чакрамов.

А парень лезть ком не в ближний бой не решался. Так продолжалось долго. Чудовищно долго по меркам боя адептов. Но с каждой секундой я словно бы становился сильнее. Ощущая чудовищную угрозу, я прямо расцветал, осваивая все то, что до этого было скрыто… Аура звука становилась все сильнее. Тело приспосабливалось, умирая и регенерируя вновь под гнетом собственной же стихии. И вот, в какой-то момент, я отключил абсолютный щит, материализуя призрачные руки.

Цзинь! — С металлическим звоном чакрам влетел в мою ладонь призрачной руки. Почти прорубил духовную плоть, но остановился. А я уже с гастрономическим наслаждением втянул из него чужие ци, стихии и дух.

— Вкусно. Давай еще… — Проревел я, разводя в стороны все четыре руки. И ощущая, как ситуация становится уже не такой критичной. Я пылал изнутри. Пылал не только энергетически, но и на уровне сознания. Безумие стихии. То, через что прошел и Баренцов. И сейчас это настигло и меня. Мысли не текли, а играли мелодию. Движения были тактом танца, тактика боя симфонией. Все было звуком. Все было волнами… И в этом звучании я мог потерять себя…

— Сильно… — Словно с усмешкой, но в то же время, наверняка, удивляясь, произнес Сараиш, так и не решаясь подлететь ближе. А потом разом запустил в меня все оставшиеся чакрамы, некоторые из которых все же иногда теряли силу и уже не могли вернуться к хозяину. А последние шесть я «убил» разом, лишая врага его оружия.

— Впрочем, я еще толком не научился ими пользоваться на новом этапе. Да и расточительно вливать в них дух. — Добавил тот, поднимая руки. И через мгновение новый укол смертельной опасности разрядил умение боевого прозрения, заставляя меня одновременно применять абсолютный щит и вновь напитывать умение, спасающее мне жизнь.