— Миша! Где? Что? Что происходит? — И вот тогда я замер, пораженный и заворожённый чужими мыслями. Ведь это думал не я. Это мыслил тот сгусток, похожий на… Чем-то он был похож на что-то, что я помнил. Вернее она. Хотя я и не мог вспомнить, в чем разница. Похожа на человека? А кто такие люди? Кажется, это были странные существа. Не такие тени из света. Но и не такие хорошие, как я. А какие-то мелкие что-ли. Неспособные становиться больше. Вот же несчастные создания.

— Что? Что? Нет! Что с тобой произошло?

— Помолчи… — Ответил я, ведь сгусток, такой небольшой, крошечный на фоне меня, вдруг заполонил все мысли своими словами. Слова… Странные штуки. Зачем тебе слова да к тому же так много, если есть мысли…

— Это… — По мне ударило чем-то неприятным. Сложным. Страх? Жалость? Сострадание? Шок? — Слова сами рождались во мне, пока я вспоминал, что они значат. Это было неприятно. Сложно. А следом, когда сгусток вдруг начал заполнять меня мыслями, воспоминаниями, картинками, стало настолько неприятно, что я захотел уничтожить ее. Я уже готовился нанести удар, чтобы так же как и с тенями из света впитать ее, но тут любопытство взяло верх. И я начал смотреть картинки. Странные. Про тех самых людей. Более того, эта «дух», считала, что и я был таким же. Глупо. Как же глупо. Как я мог быть человеком? Но с каждой картинкой что-то внутри ломалось, начинало становиться понятным. А еще я умнел. Вспоминал слова. Вспоминал вещи. Вспоминал то, чего помнить не должен был. Так что в какой-то момент стало даже больно… И так было долго. Очень долго…

* * *

— Что с тобой? — Наконец, задал я вопрос после того, как прошло много, очень много времени. Или немного. В этом мире было не понять. Теперь я вспомнил. Вспомнил все… Наверное. Собрал себя по кусочкам, используя осколки просветления четвертого этапа, просто чтобы вытащить из небытия самого себя, склеивая из мельчайших частичек воспоминаний. И все равно. Мне казалось, что это уже не я. Что тот я умер. А я теперь лишь просмотрел картинки из прошлой жизни. Не было ни особой радости, оттого, что я все же выжил там, где обязан был умереть. Ни страха перед тем, кем я стал теперь. Огромным, просто гигантским духом, раскинувшемся на этом песке на километр, а то и больше. Чем-то я напоминал осьминога, хотя и был почти бесформенным. Чувства были иными. Страхи были иными. Стремления… Новые стремления духовного тела — жрать и становиться сильнее. И прошлый, восстановленный разум, не понимал, что делать. Я многого не понимал. Не понимал, как я выжил. И как стал таким. На первый взгляд все просто. Я использовал дар становления духом. Но это не объясняло многого. Не объясняло, как я вырос огромным, еще до того, как начал есть золотой песок и ангелов. Не объясняло, почему прямо внутри меня я могу порождать море силы, грубой, настолько плотной, что она сама по себе походила на желе.