Автор: Эратис Кифарийская
Ты лежала на снегу в тонком платье. Твоя кожа посинела, а губы потрескались. На ресницах и волосах блестел иней. Кровь остывает и, густея, всё медленней течёт по венам. Ты похожа на замёрзшую птичку, так же как и они, ты поджала ножки. Если отогреть тебя в ладонях, сможешь ли ты вновь полететь?
Я давно наблюдал за тобой. Прежде ты приносила тёплый, пористый хлеб и ягодные взвары в лес, оставляя их на плоском камне, который был моим алтарём. Люди забыли обо мне и не приходят сюда, лишь ты одна меня навещала.
Десять лет назад
Вот маленькая девочка бежит, её ноги босы и покрыты землёй. К груди она прижимает какой-то свёрток и небольшой кувшин. Оказавшись на небольшой поляне, скрытой от тех, кто не будет упорно её искать, малышка устало опускается у камня, поверхность которого была абсолютно ровной.
Несмотря на то, что сейчас было лето, здесь всегда прохладно. Камень испускает холод, замораживая траву вокруг себя.
А она меняется. Рыжие волосы, прежде похожие на пламя, начинают алеть словно мак. Девочка выставляет на алтарь свои скромные подношения.
— Я принесла тебе покушать, ты ведь уже всё доел, тебе понравилось? — улыбаясь, спрашивает она. Он не может ей ответить словами, но подаёт знак. Вокруг камня, прямо в воздухе, появляются маленькие льдинки и тихо звенят, совсем как колокольчики. Малышка рдеет от удовольствия.
— Завтра бабуля будет печь пирожки с вишнями, я обязательно тебе принесу, — она машет на прощанье рукой и убегает. Ему нравится. Правда нравится. Но пирожки тут совсем не при чём…
****
Сейчас же алтарь пуст, но ты снова здесь, снег уже начал заносить тебя, и ты умираешь. Иди ко мне. Ты совсем окоченела?
Ничего, я смогу тебя понести. Твои ресницы трепещут.
Куда мы идём?
Не волнуйся, мы доберёмся до моих чертогов тайными тропами. Зачем мне это? Тебе будет к лицу корона изо льда, а метель обнимет твой стан, став изысканнейшим нарядом. Нам предстоит долгая вечность.
Укрывать мир снегом от ледяного ветра так утомительно в одиночестве…
Высокая фигура с белыми волосами легко подхватила хрупкое тело, которое не сливалось со снегом лишь из-за яркого цвета волос, и скрылась в чаще леса. А на снегу остались лежать одна лишь туфелька да несколько алых пятен.
Он так долго ждал этого дня, пожалуй, даже хорошо, что люди порой столь жестоки…