– Соберитесь уже! Что за игра? Болельщики пришли смотреть, как вы возите сопли на льду и наматываете их на клюшки? – Тимур в бешенстве из-за двух пропущенных. Вот только наш голкипер Кирилл сделал всё, что было в его силах. Даже исполнил любимый манёвр – баттерфляй. Дроздов вообще красавчик на льду, и если он не смог, то никому было бы не под силу. А тренеру нужно вправить нам мозги и перевести злость в нужное русло. – Последний тайм! Покажите, что не стоит даже пытаться забрать у вас победу! Поняли?

По раздевалке разносится гул голосов: «Так точно, тренер!»

По лицу стекает пот, а душное помещение и толпа парней только усугубляют положение. Быстрей бы опять оказаться на льду, чтобы надрать задницы «Орлам» и увидеть заворожённое лицо Саши. Я честно старался не смотреть на трибуны, в то место, где она сидит. Но взгляд предательски каждый раз искал её вдохновлённое лицо. Снежка не моргая наблюдала за игрой, а после того, как я забил в домик, прыгала и визжала так, что я и сам не мог сдержать смех. И от этого хотелось в очередной раз превзойти себя, только бы видеть блеск и обожание в синих глазах.

Тем более меня вечером ждёт награда. Нет-нет, не время думать о сексе, а то точно подарю гостям победу.

– Погнали! – командует Тимур и первый выходит из раздевалки.

На самом деле я поражаюсь его выдержке. Если бы я был на его месте, то после каждой игры либо оставались бы трупы, либо у меня в руке появлялась бы горсть успокоительных. Работа тренера нервная, особенно когда в твоей команде двадцать четыре бомбы замедленного действия. Команда не просто так называется «Тигры». Каждый игрок вместе с молоком матери получил взрывной характер и амбиции. Но на льду мы превращаемся в единый организм, который работает синхронно и слаженно.

Мы проходим коридор, который вскоре наполнится любопытными журналистами, желающими залезть каждому под кожу. Скоро здесь будет не протолкнуться. Но пока слишком тихо и спокойно. Минуем лестницу, последние несколько метров – и вот уже глаза улавливают яркие вспышки света, толпу болельщиков, среди которых сидит моя Снежка.

Последние двадцать минут – решающие. Поэтому даю себе мысленный подзатыльник и твержу, что нужно сосредоточиться.

Только победа! Всё остальное потом!

Лезвие коньков касается льда, и за спиной вновь вырастают крылья. По трибунам проносятся приветственные крики, и сердце заходится галопом, ускоряя циркуляцию крови.

– Дан! Только не нервничай. – Илюха подъезжает ко мне и хватает за плечи, устанавливая зрительный контакт.

Команды должны занимать позиции. Но друг удерживает меня на месте. Его взгляд слишком серьёзный. Обычно во время игры глаза Ильи блестят маниакальным блеском Джека Потрошителя. Но сейчас в них застыл шок вперемешку со страхом. Невольно поворачиваю голову в сторону, где сидит Саша, и замираю.