Следов боя он не заметил. От чего же погиб экипаж?
Максим подошел ближе, присел на корточки, перевернул одно из тел.
Крохотное бескровное отверстие в груди. Лазер?
«Ну не пуля же»… — он быстро преодолел вполне естественное замешательство, принялся обыскивать тела.
«Правильно, Макс! О выживании думай! И ни о чем другом!»
Первым делом он снял с запястья пилота кибстек, коснулся сенсора, но прибор тут же затребовал код доступа. Ладно. Разберусь с ним позже. Что с личными датчиками? Они имплантированные или внешние? Скорее последнее. От имплантаций вроде бы отказались после первой вспышки мнемовируса.
Тонкий пластиковый ремешок с небольшим утолщением обнаружился на левой руке погибшего пилота. Максим аккуратно расстегнул его, осмотрел. На внутренней стороне был четко пропечатан набор букв и цифр. Он попытался ввести это сочетание в качестве кода доступа к нанокомпу и неожиданно получил результат: на небольшом дисплее отобразился процесс загрузки данных, затем появилась надпись:
Личный датчик отключен. Владелец мертв. Персональные данные переданы.
Проклятье! Сработал какой-то из неизвестных ему протоколов, сейчас командир подразделения принял сигнал от кибстека! Надо торопиться!
Он собрал оружие, боеприпасы, подобрал валяющийся неподалеку походный ранец, быстро просмотрел его содержимое. Оставил только набор медикаментов и еду. Свободное место заполнил снаряженными магазинами, которые не поместились в карманы разгрузки.
Осмотрев трофейное оружие, Максим лишь сокрушенно покачал головой. Модель автомата незнакомая, судя по обилию сенсоров и крохотному откидному дисплею, полностью компьютеризированная.
«Как быть? — попытка активировать оружие ни к чему не привела. А это что?» — он заметил механический переключатель режимов, с облегчением вздохнул. Оказывается, можно игнорировать электронику, — палец с силой надавил на вариатор, раздался щелчок, и тоновый сигнал, индикаторы на прикладе погасли. Максим вручную передернул затворную раму, подобрал упавший в песок патрон с необычной маркировкой, нахмурился, вспоминая значение красной кольцевой полоски.
Бронебойный? Выходит, военные заранее знали, с чем им придется столкнуться⁈
Максим тяжело вздохнул, быстро наломал лапника с ближайших деревьев, прикрыл им мертвые тела.
Теперь прочь отсюда!
Он больше не испытывал резких, ранящих чувств. Наступил момент, когда душа притихла. Эмоции уже не переполняли, они поблекли, остался лишь тягостный осадок в мыслях.
Сквозь полог дыма виднелся лишь один ориентир: скальная гряда, протянувшаяся вдоль береговой линии. Значит, прочь от нее, в глубь неизведанной территории?