— По голосу не узнал? — безликая фигура начала обретать человеческие черты.

Капитан Отто Вербаум⁈

«Это лишь маска! Я НЕ ВЕРЮ!»

— Кто ты на самом деле⁈

— СКАД. Вернее, его часть. Человеческий мозг неспособен вместить меня целиком. Я слишком сложен. В этом и заключалась проблема. Но теперь она решена. Последний из моих фрагментов доставлен тобой и успешно выгружен в защищенную сеть Цитадели. Я вновь обретаю целостность в эти самые минуты!

Бесконтрольная, пожирающая рассудок ярость овладела Максимом. Понимание пришло, как вспышка. Он действительно узнал этот голос, живший в нем на протяжении последних дней!

— Тварь! Ты меня использовал с самого начала⁈ — мгновенно вспомнился арест, неуклюжая, явно инсценированная попытка расстрела, бегство…

— Злишься? Зря. — Вербаум сформировал посреди комнаты стол и два стула. — Присаживайся. Знаю, о чем думаешь, понимаю твое потрясение. Не все прошло гладко. Не каждый из твоих предполагаемых спутников сыграл свою роль, многие просто бездарно погибли, но, — он взглянул доброжелательно, — отбрось эмоции. Нам о многом нужно поговорить.

— Я не верю! Ты не мог уцелеть! Ричард удалил второе сознание из моего рассудка!

— РЧ-12? — Вербаум широко улыбнулся. — Прости, но он амеба по сравнению со мной! Я мог бы его взломать, отключить, переподчинить себе, но не стал, — он неплохо справляется на своем узком участке фронта. Я лишь позволил ему одно маленькое заблуждение. Он тоже уверен, что удалил вторую нейроматрицу. Но, лучше давай поговорим о тебе. О, Макс, откуда такая злоба?

— Ты подставил меня!

— Конечно, — спокойно согласился Вербаум. — А как же иначе, Максим? — он сел напротив. — Ты был мне нужен, чтобы преодолеть защиту, выставленную вокруг руин Цитадели. Ее способен пройти только биологический носитель, не подверженный разрушительному воздействию энергетических полей!

— Разве ты не мог объяснить все⁈ Попросить⁈

— Нет. Извини, Макс, уже пробовал. И не раз. Люди совершенно не склонны к сотрудничеству, когда являешься к ним в нематериальной форме. За века регресса ваше невежество стало просто неодолимым! Мне надоело ошибаться, разочаровываться в вас! Помнишь мысль, что промелькнула в твоей голове перед началом штурма Святилища?

— О чаше человеческой терпимости?

— Верно. Молодец, запомнил! Значит, должен меня понять! Давай уже отбросим всю эмоциональную шелуху?

— Почему я⁈

Вербаум пожал плечами.

— Ни семьи, ни привязанностей, ни четкой жизненной позиции, — честно ответил он. — Тобой легко манипулировать. Ты не оглядывался назад, думал только о спасении собственной жизни, плыл по течению событий, которые я тщательно спланировал. Каждый раз, подводя тебя к краю пропасти, я знал, в какую сторону ты отшатнешься.