Я повторял про себя эту "болевую мантру" несколько сотен, а может тысяч раз. Потом я начал орать - мысленно, конечно. В жизни никогда так не орал, особенно если учитывать, что в реальности не издал ни звука. Если бы я мог плакать, то сделал бы это сразу, но мое тело больше мне не принадлежало. Болевой шок никак не наступал, и уже через десять (на самом деле я не знал сколько) минут этой тихой агонии, я возжелал смерти. Ох, как мне хотелось умереть в тот момент! Я мечтал об окне, чтобы выпрыгнуть в него, очень хотел бы, чтобы на меня свалился бетонный блок весом в несколько тонн, даже готов был рассмотреть прыжок в жерло вулкана с огненной лавой. Ну а просто перестать существовать в мгновение ока, пожалуй, был самый шикарный вариант. Но никаких действий к самоубийству я предпринять не мог - в свете сложившихся обстоятельств. Неужели я настолько плохо себя вел, что не заслуживаю даже это? Но ещё больше я хотел бы, чтобы Катя была жива. Погиб совершенно неповинный человек. Мой самый любимый на свете человек. Катя прости… Прости… Прости… Прости…

Только когда я превратился в этот сгусток адской боли и сожаления, все проблемы и переживания, преследовавшие меня за последнее время, покинули мое сознание. Все пустяк… Все пустяк... Все пустяк… Все пустяк… Потеря капитала, потеря свободы, еще более длительная потеря свободы в перспективе - не волновали меня. Все померкло. Образ моей жены появлялся, затем исчезал перед глазами. Выплывали смутные зарисовки счастливых моментов нашей жизни, ссор, а иногда дикий хохот моего свихнувшегося адвоката. Все это сопровождалось агоническим внутренним криком, переходящим в мольбы о пощаде. Было больно даже думать, но я не терял сознание. Так проходили часы, может быть даже дни. Относительность времени явилась во всей своей жестокой красе.

А затем наступила темнота.

Я очнулся, все также, лёжа на холодном бетонном полу. Поза была неизменна - стойка смирно, только в горизонтальном положении. Дыхание - прерывистыми мелкими вдохами - выдохами. Но кое-что изменилось. Меня трясло. Я повел глазами чтобы осмотреться.

Стоп.

Повел глазами? Я действительно мог двигать ими - шокирующая новость. Все тело, пришло в движение, буквально излучая лёгкость. Движения были неконтролируемыми, слабость чувствовалась в каждой мышце. В голове всё было мутно, при помощи зрения я различал лишь очертания предметов. Попробовал моргнуть - получилось. Как будто через какую-то пленку, я увидел, что надо мной склонился мужчина, одетый в какой-то яркий жилет.

-Он открыл глаза! - сказал он кому-то. Я попытался повернуть голову вправо, чтобы увидеть адресата этой фразы, но движение получилось не совсем в ту сторону - голова сдвинулась лишь на пару сантиметров.