Испуганно взвизгнув, Лизка метнулась Роману за спину.
- Стажер, не пускайте ее! Яночка, mon cherie, прошу тебя, нам идти надо, ведьму искать, а мы в этом проклятом переулке занимаемся активной кинокритикой… – повисая у Янки на плечах, отчаянно бормотал Рико.
Но Янке, похоже, было плевать и на работу, и на ведьму – она надвигалась и это было страшно…
Роман подумал: а не сигануть ли ему в сторону, оставив Лизку на растерзание неожиданно озверевшей напарнице? Тем более, что малолетняя дурочка, похоже, решила стать мученицей во имя Беллы Свон и «Сумерек» в целом:
- Это только бабка у меня такая отстойная, что ей «Сумерки» не нравятся, а все нормальные девчонки считают, что фильм классный! – выглядывая у Романа из-за спины, кричала Лизка, - Если бы Дэймон… ну, тот плохой вампир из «Дневников вампира» к Калленам попал, те бы его на раз перевоспитали!
- Если вампир из «Дневников вампира» против вампиров из «Сумерек» – кто кого поборет? – невольно пробормотал Роман.
- Бонни Беннет! – немедленно откликнулась Лизка, бесстрашно глядя в перекошенное бешенством лицо Янки, - Из «Дневников»! Та вообще все умеет: и колдовать, и на вампиров охотиться, ее никто обидеть не может, не то что… - она вдруг замолчала.
- Что «что»? – переспросил Роман, слегка удивленный воцарившейся тишиной. Никто не дрался, не ревел, не орал, улица накрылась мгновенным, неестественным молчанием.
- А ничего! – отрезала Лизка в этой мертвенной тишине, - Видели, как Бонни всяких придурков разделывает? – она поглядела в их лица и махнула рукой – что взять с убогих, - Только зря она потом переживает, с такими так и надо! А в «Сумерках» Белла всяким козлам попадалась – вот бы ей силу Бонни… Зато в «Сумерках» добрые вампиры клёвые – особенно Эдвард! Он самый-самый! Понятно, почему Белла с ним, у нас бы ему тоже любая дала, все девчонки так говорят…
Запредельный, глубинный рев тряхнул стекла домов.
- Эдвард б она дала, соплюха-петеуха! – ревела Янка, - Да с чего б он тебя, сучку, взяв…
Нёма воззрилась на Янку с обиженным недоумением и тихо заскулила – так стонут после незаслуженной и нежданной обиды. Но Янка ничего не замечала:
- Малолетка! Ремня тебе… - бесновалась Янка и оскал акульих зубов проглянул между посеревших губ.
- Правильно, Яночка, закончится все, ты ей лично кинопристрастия откорректируешь, ремнем по мягким частям тела. - уговаривал Рико.
Отблески темно-багрового огня заиграли в его волосах, скользнули по плечам… Роман оторвался от разворачивающейся перед ним баталии и недоуменно воззрился на окрасившие стены домов сполохи. Страшная тишина до краев налила ложбину между домами, накрыла улицы, как душитель накладывает подушку на лицо беспомощному ребенку.