Лимитом оказался тридцатый поглощённый за раз макр, на этом этапе я полностью перестал ощущать исходные мана-каналы, которые, судя по анализу, выгорели. Будь я обычным магом, после такого подвига доступ в мир магии был бы для меня закрыт, и вряд ли с подобным справились бы даже лучшие целители. Невозможно вылечить то, чего уже нет.

В моём же случае выгоревшие мана-каналы вскоре были полностью заменены на проклятые пучки, а поглощаемая энергия практически перестала меня усиливать. Дальше развивать попросту некуда, а это означает, что я достиг первого проклятого уровня.

В запасе у меня оставалось ещё полторы сотни макров первого уровня и нетронутая кучка второго. Решив не откладывать процесс увеличения личной силы, я сразу же приступил к формированию корневого проклятия, полностью перестав ощущать происходящее вокруг. Всё моё восприятие сжалось до системы проклятых мана-каналов, на каждый из которых теперь следовало нанести специфическую печать.

Торопиться в этом деле нельзя, а ошибаться — тем более. Малейшее отклонение в процессе могло не только многократно сократить потенциал проклятого мага, но и вообще поставить крест на дальнейшем развитии.

В прошлом мире моё первое корневое проклятие оказалось весьма банальным, но незаменимым для молодого мага. Я попросту не мог забыть ничего из того, что уже успел однажды запомнить.

В большинстве случаев мои коллеги закладывали в своё развитие исключительно боевые или защитные проклятия, а для вечной памяти пользовались самым обычным закреплением. Вот только ни одно закрепление не сравнится по силе и надёжности с корневым проклятием. Я отлично это знал, а потому потратил не меньше десяти лет на то, чтобы выбрать лучшее из них, и ещё столько же — чтобы дополнить и оптимизировать его структуру.

По итогу, став полноценным магом проклятий лишь в свои пятьдесят лет, я получил возможность запоминать всё, что мне нужно, а не просто держать в памяти. Как правило, многие маги, любившие полагаться на «вечную память», крайне сильно обжигались рано или поздно. Все с трудом накопленные знания и воспоминания исчезали в тот же момент, когда святоши развеивали их проклятия.

Для меня подобной проблемы не было вовсе, и я сохранил весь багаж необходимых знаний, даже однажды умерев. Отчасти именно поэтому для меня не является такой уж проблемой повторение однажды пройденного пути развития.

С такими мыслями я продолжал поглощать всё больше макров, и в какой-то момент первая кучка полностью опустела. Только рядом со столом валялись уже полностью разряженные кристаллы, если судить по тому, куда я их отбрасывал после использования.