— Нет. А должен был?

— Момент самый подходящий, — не стал ничего объяснять я. — Да, садовника живым взяли?

— Какой! На куски порубили, прежде чем сдох.

— А тело?

— Тело братья-экзорцисты уволокли. Все теми же кусками.

— И кто на место покойного метит? — задумался я. — Уж не Ланье ли?

— Герцога Мора этой чести удостоили.

— Опа! — удивился я. — Теперь многое становится понятным…

— Боишься, тебя тоже с потрохами продали? — шепнул мне на ухо Джек. — Паре, он такой…

— Типун тебе на язык! Куда едем-то?

— В старый особняк Адмиралтейства. Туда охраны нагнали — просто жуть.

— Кто бы сомневался. — Запрокинув голову, я некоторое время смотрел на поднимающийся к низким облакам дым из печных труб, потом тяжело вздохнул: — Если на нас Драгарн навалится, туго придется.

— Нам уже туго. Не организуем отстрел Высших — можно паковать вещички и уматывать в Пахарту. Жуткие вещи в Марне творятся, просто жуткие. Мертвецы из могил встают и на живых кидаются. С чистого неба по нашим солдатам молнии бьют. Некоторые деревни и вовсе в одну ночь опустели. Просто сгинули люди, и все. Нет, Высшие — это сила.

— Надеюсь, в Лиране понимают, что они будут следующими.

— Понимать понимают. Но, сам посуди, упустить такую возможность поквитаться за Закатную кампанию…

— Ладно, чего там! Видно будет. — Кареты одна за другой въехали в распахнутые ворота Адмиралтейства, и я сразу же соскочил с козел. Судя по количеству шлявшейся по двору охраны, кто-то всерьез опасался высадки ланского десанта, но мне такое отношение к делу даже понравилось. Учитывая, что сюда вполне могут заявиться все обитающие в Акрае марионетки, прознай они о цели нашей поездки на острова, лучше не расслабляться. — Ты с нами?

— Нет, меня только сопроводить припрягли, — помотал головой Джек.

— Бывай.

Я зашагал к карете, в которой перевозили наконечники.

— Бывай…

Тут ко мне присоединились Луринга и Чесмарци; подручные Ланье выставили сундук на брусчатку двора и заозирались по сторонам.

— А вы почему с ними в одной карете не поехали? — немедленно поинтересовался я.

— Ты решил оспаривать личные распоряжения господина Ланье? — холодно уточнил у меня Вильям.

— Сюда, сюда! — замахал нам стоявший на крыльце высокий дородный мужчина, и бугаи, ухватив сундук за ручки, поволокли его к особняку.

— Господин Премине! — поспешил к крыльцу Рауль Луринга. — Какие распоряжения касательно нас?

— Проходите, дорогой Рауль! — засуетился тот и строго глянул на Чесмарци: — Вильям, твое присутствие также необходимо.

Уж не знаю, требовалось там и мое присутствие, но на улице оставаться я не стал. И так замерз как собака. Пойду греться.