Через пятнадцать минут после отбытия поезда от платформы Труюсса вздохнул с облегчением. Существовала вероятность того, что кто-то из преследователей едет в соседнем вагоне, и инцидент далеко не исчерпан, и, возможно, еще будет продолжение. Но на данный момент я жив и здоров. Никакого конфликта не произошло, и от меня, вроде, отстали. Вопрос только, надолго ли?

За все два часа пути в тетрадку удалось записать всего один абзац. Не то, чтобы мне память отшибло, но мысли путались, и отвлечение с помощью записей не сработало должным образом.

Если реально меня вычислили как рейга, то всё, все мои планы на будущую жизнь можно сливать в канализацию. Даже со способностями Рыцаря раскрытый я не продержусь в одиночку против системы. Это только в юности можно думать «вот я… да мне все по колено… да пусть лезут, и я тут всех…». Черт, как просто было тогда и как сложно сейчас, правильно говорили древние: «Во многом знании — много печали».

Как только поезд прибыл к перрону столичного вокзала, быстро покинул вагон и смешался с толпой. Пока меня плотно окружали люди, можно было основательно осмотреться, не привлекая внимания. Как ни вглядывался, никакой слежки за собой не заметил. Впрочем, еще не известно, хороший это признак или плохой.

До дома решил ехать прямой дорогой. Можно было бы, конечно, попетлять, попробовать запутать следы, а потом в каком-нибудь малолюдном месте скользнуть в Излом и оторваться от возможного преследования… Можно было бы, да, но если те, кто за мной следил, не клинические идиоты, то зная мою фамилию, а также, подняв документы захоронений, они уже знают, где я живу. А раз так, то смысл во всех этих петляниях?

Разумеется, остается еще вариант…

Вообще не ехать домой…

Послать все далеко-далеко…

Выйти в Излом и исчезнуть, сменить город, страну…

Нет, это слишком поспешное решение. Взять и все оборвать так резко, основываясь лишь на теориях? Плохой выбор. Тем более, подобное успеется всегда.

До дома ехал как на иголках, мысли в голову лезли все тяжелее и мрачнее. Поднимаясь на лифте и не заметив слежки, с трудом подавил желание стать проекцией и во всем окончательно разобраться! Но все же сдержался, в очередной раз решив придерживаться одной линии поведения.

Зайдя в квартиру, скинул сандалии, повесил рюкзак и пробежал взглядом по помещению. Вот как в воду глядел, когда перед поездкой запихнул мотоэкипировку в темный шкаф. Вроде не думал ни о чем подобном, но все равно, как оказалось, поступил очень провидчески.

Только поставил початую бутылку «Глен Гранта» обратно в бар, как раздался звонок городского телефона.