Аннотация:
' Кому много дано, с того много и спросится " © Евангелие от Луки. Часто, обретая что-то, мы забываем об этих простых словах. Мне же лучше помнить о них всегда. Я — Рыцарь Излома, моё предназначение — защищать мир от угрозы Прорывов. И отказаться от этой «чести» я не могу. Таково условие возрождения в этом чужом, обманчиво похожем на прежний, но во многом непонятном мире. И да, мне воистину — многое дано…
« „Слово“ и „Чистота“»
Том Первый: «Проекция»
Глава 1.
Circulo
comun*
Короткий разбег, прыжок! Как же я влюблен в это чувство, почти полет! Оттолкнуться ладонью от опоры стеллажа и снова вверх. Не больше пары секунд прошло с того момента, как я стоял на бетонном полу, а сейчас балансирую на проводе под самой крышей ангара, в котором несколько десятков лет назад ремонтировались грузовые дирижабли. С моего нынешнего места до земли без малого двадцать семь метров. Месяц умею уже подобное, целых тридцать дней! А все равно — поражаюсь. Впрочем, не совсем верно, четыре недели назад я бы так не смог, и дело не в силах или возможностях проекции, а в привычке…
Тем более можно смело вычесть первую неделю, я тогда не то что о проекции не думал, скорее ходить заново учился. Эффекты Излома осторожно изучать начал только после того, как привык к своему новому телу, да и постсмертный стресс меня плотно прижал. Вначале-то думал, что все, слетел ты, Палыч, с катушек по полной программе! Да, первые часы клинило меня знатно, да и до сих пор иногда проскакивает ощущение, что все вокруг нереально, плод больного разума, а не… реальность.
Реальность, в которой нет никакого Виктора Павловича, сорока трехлетнего оператора выездной группы военных корреспондентов ВГТРК, а есть юноша Изао Вальян, недавно отметивший свое семнадцатилетие, вернее сам Изао его как раз и не отметил… да… Не дотянул до своего дня рождения буквально пару дней паренек, как и я до своего сорока четырехлетия, ровно столько же. Совпадение это или нет? Иногда думаю, таких совпадений не бывает, а затем вспоминаю, что в жизни был свидетелем и куда более нелепых и странных вывертов судьбы.
Взять хотя бы мою смерть, это надо же, пройти без единой царапины и ранения вторжение НАТО в Ливию, Египетские страсти почти на грани гражданской войны, затем от и до Сирийский конфликт, наездами конечно, но тем не менее! И помереть в родном городе в примерочной ателье от банального сердечного приступа. Анекдот… Грустный, правда, но анекдот. Рассказать — не поверят, впрочем, кому-то рассказывать подобное, разумеется, вообще не собираюсь. Смерть смертью, но дураком я от этих переживаний не стал, понимаю, чем грозит излишняя говорливость, особенно в столь щекотливой теме.