Для грузовых судов, меры контроля были не столь жёсткими, но и их досматривали тщательно. Экипажи оказались на так примирительно настроены и многие охранники узла заступали на дежурство, сияя свежими синяками. Сдав оружие и получив полный расчёт, Миша тепло попрощался со своим работодателем и, закинув на плечо старый армейский баул, отправился на третью палубу грузового причала.
Капитан рудовоза, с которым он договорился, зачислил его в экипаж, как оператора погрузочного робота. Быстрым шагом, проскочив на нужную палубу, Миша добрался до шлюзового рукава, и кивком головы поздоровавшись с вахтенным матросом, уже хотел было перейти на судно, когда рядом со шлюзом, словно из под земли, появились следователь со своими телохранителями. Увидев знакомую лысину, Миша скривился так, словно раскусил лимон и, перебросив баул в стыковочный рукав, мрачно спросил:
— Ну, какого ещё дьявола вам от меня нужно?
— Я не могу допустить, чтобы единственный свидетель покинул территорию узла, — злорадно усмехнулся следователь.
— А придётся, — делано огорчился Миша, испустив страдальческий вздох и всем своим видом показывая, как ему тяжело это сообщать.
— Вы будете задержаны и останетесь под охраной до окончания следствия, — насупившись, продолжал гнуть свою линию лысый.
— А здоровья меня задержать, хватит?- улыбнулся в ответ Миша.
— Вы без оружия, а со мной мои лучшие люди, — взвизгнул от избытка чувств, следователь и, отступив в сторону, скомандовал:
— Взять его.
Но едва только троица телохранителей сдвинулась с места, как Миша стремительно метнулся им на встречу. Удар напряжёнными фалангами пальцев в горло заставил ближайшего охранника с хрипом сложиться пополам. Удар кулаком под ушную раковину отправил второго в нокаут. Удар ребром ладони по боковой поверхности шеи вырубил третьего. Всё произошло так быстро, что ни следователь, ни вахтенный матрос не успели ничего понять.
Не останавливаясь, Миша подскочил к следователю, и от всей своей широкой души приложился кулаком к его челюсти. Ухватив упавшего чиновника за шиворот, он подтащил его к ближайшей опоре, и быстро обыскав, достал наручники. Вскоре, вся четвёрка была пристёгнута хороводом вокруг стальной опоры, а все ключи сброшены в отверстие решётки сточной системы. Уже собираясь уходить, Михаил тщательно проверил состояние всех четырёх ушибленных и удовлетворённо усмехнувшись, проворчал:
— Ещё меня переживут, балбесы.
— Лихо ты их, — растеряно протянул вахтенный.
— Работа такая, — с улыбкой развёл руками Миша.
Всё снятое с охранников оружие он собирался сложить под стенкой, на глазах, но вне досягаемости задержанных, когда из темноты грузового тоннеля выступили две невысокие фигуры, и женский голос не громко произнёс: