Заметившая пантомиму между Гештиком и его хозяйкой Латана фыркнула.

— Как ты это терпишь, Игорь? — она поправила свою чёлку, — Я бы такого наглеца уничтожила.

— Это ты не мне говори, — вздохнул попаданец вставая, — Подруге своей.

Расставание часто предполагает произнесение ничего не значащих слов, однако, обсуждать старого слугу было бы совсем не к месту. Поэтому, дождавшись Гештика с вещами, друзья в его сопровождении пошли по коридорам дворца молча.

Резиденция государыни была наполнена шумом и гамом вернувшихся с площади людей, большей частью хорошо выпивших, но и остальные испытывали возбуждение от зрелищ не меньше, чем от вина.

В очередной раз Егоров удивился тому, что даже те, кто имел отличные городские особняки, предпочитали им тесные комнаты дворца.

Как-то Игорь с помощью супругов Куликов попытался узнать точное число жильцов в резиденции Латаны, и у него получилось, что только в самом дворце, если считать с рабами, обитало более полутысячи человек, а с учётом других строений дворцового комплекса и казармами для дежурных гвардейских сотен получалось тысячи три.

И это хорошо. Именно на таком многолюдстве дворцов государей и основывался план попаданца по устранению Вернига Второго.

Какими бы пьяными ни были некоторые придворные, но благодаря эскорту гвардейцев шествие правительницы и её блестящего советника с супругой не оставалось незамеченным. Государыне кланялись — один из придворных при этом едва не упал, но выручила супруга или подруга, придержав заваливающееся тело за локоть, сразу понятно, что повеселился народ на славу — а затем провожали взглядами.

Войдя в Малый тронный зал, давно уже использующийся лишь как личная портальная площадка герцогини, Тания приказала Гештику положить свёрток с вещами на одно из кресел и ждать за дверью с постовыми гвардейцами и эскортом.

— Мне отвернуться? — хихикнула как девчонка сюзеренша.

— Как хочешь, Лана, — Игорь пожал плечами и принялся снимать камзол, — Я ж не догола, но до исподнего.

Стесняться предстать перед венценосной подругой в нательных штанах попаданцу казалось ерундой — здешние трусы больше напоминали длинные шорты. Ну, а Тания и так всё у него видела.

Егоров быстро переоделся и стал похож, или на мелкого кустаря-ремесленника, или продавца-лоточника, или помощника неудачливого торгаша, или на вольного слугу из богатого особняка, или на мелкого клерка ратуши либо районной управы, что называется, на выбор.

Осталось только снять магический амулет, с заботой и любовью изготовленный для него Танией, что попаданец и сделал. Увидь случайно любой иск-маг столь мощную, дорогую защиту на обычном простолюдине среднего достатка, никакая легенда не спасёт от разоблачения.