— Что здесь произошло? — обратился командир отряда уже к дяде.

— Княжич же сказал, его хотели отравить, — сухо ответил родственник и кивнул на убитого Копыла. — Но Владимиру уже лучше. Вы идите, мы позаботимся о нём.

— Я должен привести княжича к отцу, — ответил прибывший дяде, а потом обратился уже ко мне: — Ты можешь идти?

— Думаю, да, — ответил я, вставая с кровати. — Но не быстро.

Играть так играть — если сейчас во всю прыть помчаться, дядя вполне может подумать, что я его обманул не только в плане самочувствия, но и по части потери памяти. А этого мне не надо.

Но дядя не желал мириться с тем, что его планы так бесцеремонно рушили.

— Вы идите, — сказал он прибывшим. — Мы позаботимся о Владимире. Он немного отдохнёт, и я сам отведу его к отцу.

— У меня приказ найти и доставить княжича как можно быстрее, — отрезал командир пятёрки.

— Влок, ты забываешь, с кем разговариваешь! — прорычал дядя, а Прозор демонстративно сжал рукоять меча и даже немного вытащил клинок из ножен.

— Я всё помню, князь, — ответил Влок. — Но я служу твоему брату, а он отдал мне приказ. И я должен его исполнить.

После этих слов воины, пришедшие с Влоком, тоже взялась за мечи. Только в отличие от Прозора, эти парни свои клинки из ножен достали полностью.

— Уберите мечи! — прикрикнул на них командир, затем указал на Копыла и добавил: — Звяга, Миляй, обыщите предателя как следует. И комнату.

Двое бойцов, спрятав мечи в ножны, тут же бросились к телу убитого слуги, а Влок обратился ко мне:

— Пойдём, княжич!

Уговаривать меня не пришлось, я встал и направился к двери. Один из бойцов тут же отворил её и вышел первым. Влок рукой подал мне знак, предлагая идти следующим. Я не стал спорить, покинул комнату и оказался в коридоре — узком, длинном, уходящем куда-то совсем далеко. За мной сразу же вышли Влок с четвёртым бойцом и дядя, видимо, решивший идти с нами. Прозор остался в комнате.

Мы шли гуськом: первым — один из бойцов; за ним, тяжело шагая, обогнавший меня Влок; потом я; за мной дядя; а замыкал нашу колонну ещё один боец. Шли, не спеша, и по ходу движения я осматривался. Стены из тёмного, застарелого дерева выглядели мрачно и пахли смолой и пылью. Но это меня уже не удивляло, я потихоньку привыкал к миру, в который попал. А вот что меня удивило, так это освещение коридора.

На стенах примерно через каждые двадцать шагов висели факелы. Точнее, я сначала подумал из-за их формы, что это факелы, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это вообще что-то непонятное: какие-то странные светильники, внутри которых горел огонь. Но этот огонь был необычным: несмотря на небольшой сквозняк в коридоре, пламя не дрожало, не бросало на стены пляшущие тени — свет лился хоть и тусклый, но ровный, спокойный, как от фонаря. Или как от ламп дневного света.