— А если что-то пойдёт не так? — спросил я у пожилого профессора, наблюдая за тем, как его ассистент подключает к моей груди какой-то хитрый датчик.
Раздетый по пояс и босой я лежал на столе, очень похожем на операционный. К моим запястьям и щиколоткам подключили электроды, провода от которых вели к стоявшему неподалёку компьютеру. На голову надели широкий металлический обруч, закрывший мне лоб, виски и затылок. От обруча тоже шли провода: часть к компьютеру, а часть к какому-то непонятному серебристому прибору, стоявшему возле стола.
— Если что-то пойдёт не так, то твои сын и дочь получат компенсацию, согласно заключённому договору: по пятьдесят миллионов рублей на каждого, — спокойно ответил профессор. — Но что здесь может пойти не так? У нас за всё время только одна осечка была. И та тридцать лет назад.
— А сколько вы всего таких экспериментов провели за эти тридцать лет? — поинтересовался я.
— Врать не буду — этот второй.
— Шикарная статистика. Вы умеете успокоить, профессор.
— Ты, Алексей, излишне драматизируешь ситуацию. За прошедшие годы мы провели работу над ошибками. Ну и главное: тридцать лет назад на твоём месте лежал уголовник — какой-то Колян, осуждённый то ли на десять, то ли на двенадцать лет. Он ни здоровьем, ни сверхспособностями не отличался — нам тогда выбирать не дали. Чуть ли не первого попавшегося под руку выделили. А тебя мы выбрали из нескольких тысяч кандидатов!
— Ну я за собой тоже сверхспособностей не замечал, — признался я. — Хотя было бы неплохо, например, в огне не гореть. В работе хорошо бы помогало.
— В огне не гореть — неинтересно, — возразил старик. — У тебя огромный потенциал в области ментального воздействия на других людей. Просто нужен толчок, чтобы это развить. Если я всё правильно просчитал, ты у нас станешь первым на Земле человеком, который сможет читать чужие мысли.
— Звучит неплохо. Только вот это «если» смущает. Скажите честно, профессор, какие шансы… — я запнулся, пытаясь подобрать нужное слово. — Скажем так, на получение моими детьми компенсации?
— Ну если начистоту, то тридцать процентов, — ответил профессор. — Десять даю на то, что ты не выживешь, двадцать — что станешь овощем.
— А остальные семьдесят?
— Пятьдесят — что ничего не изменится. Пятнадцать — что ты станешь телепатом. Собственно, на это я и рассчитываю, ради этого весь эксперимент и проводим. И пять на то, что у тебя откроются магические способности.
— Даже так? — удивился я.
— А почему бы и нет? Магия однозначно существует. Просто она очень хорошо спрятана.
— И я стану первым магом на Земле?