— Интересно, — хмыкнул я. — А по законам Валариса, если мне не изменяет память, вещь считается утерянной только после тридцати циклов. Что ж ты выбрал именно те законы, которые нам выгодны?

— Э-э-э… — Сириус явно не ожидал такого вопроса. — Я действовал в интересах Роя, Повелитель!

— Молодец, Сириус. Красава! А пульт от него там рядом не валялся?

— Пульт? — дрон снова запаниковал и сорвался с места. — Я сейчас! Я найду!

— Стоять! — рявкнул я. — Знаю я, как ты найдёшь. Ещё у одного дроновода в этом городе пульт «случайно» пропадёт. Сиди уж, потом что-нибудь придумаем.

Я отправился на кухню. Мечты о чашке бодрящего кофе были разрушены жестокой реальностью — на полке стояла та самая банка с отвратительным порошком. Я поморщился, но всё же заварил себе эту бурду, мысленно пообещав, что это в последний раз.

Пока завтракал, размышлял о том, что пора бы уже обзавестись нормальной едой и вещами. А на всё это нужно раздобыть ещё немного денег. Мои «гопники-дружинники» пока молчали, а ресурсы были нужны прямо сейчас.

Я быстро собрался, метнулся на рынок, где без зазрения совести продал пару орочьих колец и несколько пряжек с их ремней. Выручка составила смешные восемьдесят рублей, но на эти деньги я смог купить ещё немного старых плат и прочего электронного мусора.

На обратном пути заглянул в строительный магазин — место, где пахло древесиной и металлом. Продавец — скучающий мужчина в синем комбинезоне, с удивлением смотрел, как я скупаю не самые ходовые товары. Моей целью были пневматические строительные пистолеты, стреляющие гвоздями. Я забрал все шесть, что были в наличии, и прихватил к ним больше двухсот обойм с гвоздями.

По дороге домой, уже по традиции, заскочил за шаурмой и нормальным кофе.

А вернувшись домой, обнаружил ещё одного жильца. На диване, свернувшись клубком, спал угольно-чёрный кот.

— Это ещё кто? — я удивлённо посмотрел на Сириуса.

— Повелитель, он сам пришёл, — развёл манипуляторами дрон. — Я проверил — это обычный кот, без микрочипов или идентификационных меток. Судя по его состоянию, он бродячий. Вероятно, забрался по пожарной лестнице или через балконы соседей. Высота не проблема для таких созданий — они мастера карабкаться.

Я вздохнул, поставил сумки и присел на корточки.

— Ну, привет, — я почесал кота за ухом.

Тот открыл один зелёный глаз, лениво зевнул и, решив, что я не представляю угрозы, снова уснул. Я осторожно погладил его по спине.

Странно, но животные мне всегда нравились. В них есть какая-то первобытная честность, которой так не хватает людям.

Сириус так и не смог понять моей привязанности к органическим формам жизни. Он вообще считал, что заводить живых существ, которые не приносят практической пользы, — верх нелогичности.