Я не успел среагировать, как Анна вскочила с места, сбросив на пол тарелку с недоеденным салатом.

Ее левая рука совершила молниеносное движение, срывая перчатку с правой руки. Моему взгляду предстала белая, слегка синеватая кисть с маленькими тонкими пальцами. Видно, Анна долго проходила в перчатках, и это не пошло ей на пользу.

— Он того не стоит, не надо, — прошипел я, понимая, что сейчас произойдёт нечто страшное. Все же неспроста девушка ходила в перчатках, и ее магию так пристально изучали.

Казалось, кафе взорвется, как в случае с Пушкиным. Но ничего не случилось. Просто с голой руки Бестужевой полетели маленькие серебристые искры, как от праздничного огня.

Сначала хотел рассмеяться, посчитав, что девушка преувеличивала, рассказывая о «разрушительности» ее дара. Но потом заметил странную вещь.

Искры Анны не гасли, прикасаясь к предметам, а обжигали их, причем очень сильно. Сильней, чем самая ядовитая кислота.

Не прошло нескольких секунд, как на столе появились черные точки и небольшие углубления. Пол тоже слегка пострадал. А мои мясные рулетики на тарелке вообще сгорели. И почему я только не успел их умять?

— Не делай резких движений! — воскликнул я, понимая, то девушка может себе навредить.

— Какого хрена там происходит? — крикнул налётчик, обращая на нас внимание.

— Вы оба, сядьте! А ты, девка с горящей рукой… Даже не пытайся применить свою магию. Иначе, твое милое личико сгорит до костей, — добавил бандит, тыкая в нас пальцем.

— Смотри, как бы твое не сгорело, — бросил я, ведя бровью и делая шаг вперед по разбитым стеклам.

— Ну все-о-о! Подавись, наглец! Ты меня беси-и-и-шь! — не своим голосом закричала девушка и бросилась вперед меня, разбрасывая смертоносные искры.

Мне пришлось создать перчатку из хаоса, чтобы их поймать. Иначе, не избежал бы сильнейших ожогов.

В тот момент, очкарик выставил руку, готовясь применить магию. Но Анна оказалась быстрее. Она легонько махнула в его сторону хрупкой кистью. И рой светящихся искр полетел в противника.

Тот расплылся в улыбке, наверняка, надеясь на сильнейший доспех. Но тут случилось кое-что странное.

Искры облепили тело бандита, подобно маленьким пчелам. Началась странная магическая реакция, в ходе которой доспех налётчика стал медленно разрушаться.

Тому осталось лишь открыть рот и рассматривать себя в полном недоумении, понимая, что уже ничего не поделать.

Вслед за доспехом настал черед одежды. Мешковатый «костюм ниндзя» превратился в сеть из дырок, будто его носились лет двадцать подряд, причем не снимая. Сам псих не пострадал, но ему от этого было не легче.