— Закрой рот! Тебя вообще никто не спрашивает. Возомнили о себе черте что. Все ваши рода — это просто сборище неудачников!

Слыша это, я быстро подошел к Роману, стал сбоку и сложил на груди руки. Пушкин пытался мне что-то сказать, но я знал, что делал.

Отличный шанс поставить на место придурка, который чуть не лишил меня свободы. Посмотрим, насколько он силен на самом деле. Орать и пугать всех отцом может каждый.

— Кхе-кхе, доброе утро. Думал, это хвост коту прищемили, а тут — вот оно что, — спокойно произнес я, привлекая к себе внимание.

Роман медленно повернул голову, отвлекаясь от девчонок. Он окинул меня взглядом с головы до ног, потом небрежно спросил:

— Не понял, тебя уже выпустили из тюрьмы? Надеюсь, ты больше никого не убьешь на задании.

— На задании — нет, разве что только монстров. А вне задания — без проблем, если кто-то посмеет меня провоцировать, — ответил холодным тоном.

— Не надо, Александр, он специально, — произнес Пушкин у меня за спиной.

Наверняка думал, что я стану убивать Власова прямо сейчас. Но у меня был несколько другой план.

— Спровоцировать? А что тебя провоцировать хехе? Выходец из слабого рода, уголовник и негодяй! — насмешливо бросил Роман, понимая, что ему ничего не грозит.

— Мы еще посмотрим, кто из нас, кто. Это первое. И перед дамами извинись, это второе, — сказал я, сверля взглядом этого наглого выскочку.

Девушки сильней засмущались, сказали, что не имеют претензий и посмешили уйти. Роман нервно рассмеялся, стал на меня напирать и попытался применить излюбленную тактику.

— Тебе что, Ростов, жить надоело? Ты знаешь, с кем разговариваешь? Может тебя пронесло в этот раз. Но в следующий, обещаю, ты…

Власов не успел закончить. Моя рука взмыла вверх и отвесила ему звонкую пощечину. Даже девушки оглянулись, видя, как некогда крутой курсант держится за ушибленную щеку.

— Что-о??? Какого хрена ты сделал? — взревел оппонент, будто хотел превратиться в монстра и меня сожрать.

— Дуэль, — бросил я. — Причина: оскорбление моей чести и моего рода. Можешь выбирать время, место и правила боя.

— Ого, обалдеть. Я уже забыл, когда кто-то кого-то так вызывал, — недоуменно почесал голову Пушкин.

Роман сначала поморщился и сверкнул глазами. На его лице на мгновение промелькнула тень страха. Потом он снова начал смеяться, потирая лицо.

— Ах-ха-ха, ты действительно хочешь драться со мной? Это тебе не безмозглых монстров гонять под прикрытием опытных ратников, — выдал он.

— Я жду, — бросил в ответ, давая понять, что не стоит заговаривать зубы. — Сергей Пушкин свидетель. — Добавил, чтоб уж наверняка.