Кэсси зовёт это место логовом. Я зову его помойкой. Но когда мы остались сиротами, именно сестра учила меня драться и быть храбрым. Настало время драться за неё.
Автоматические двери бесшумно закрылись за спиной, а в глаза ударил красный свет неоновых ламп, пробивающийся сквозь облака дыма. Ага, дыма... В «Рыбе Фугу» курили дешёвый пропиленовый дурман, и под потолком висели остатки пара из ингаляторов. Мерзкий запах сразу врезался мне в лёгкие, вызывая колющее чувство в боку.
Даже название заведения, выложенное на стене обшарпанными мигающими иероглифами, кричало об одном: случайным людям здесь нечего делать. Всякий, кто не умеет готовить ядовитую рыбу, — умрёт.
На внутренних экранах очков тут же выскочило уведомление от «Фортуны»:
// Низкий рейтинг заведения. Высокий риск получения повреждений. Рекомендовано покинуть локацию.
Я проигнорировал очевидные вещи и прошёл вглубь, огибая металлические столы и чувствуя затылком недружелюбные взгляды редких посетителей. Воздух в баре гудел гулом приглушённых разговоров и гремел от индастриал-музыки с периодическими помехами аудиосистем.
— Чё за шкет в очках? — нарочито громко прошипел кто-то за моей спиной.
— Прячет глазки, — глумливо ответил его напарник, отсалютовав мне в спину бутылкой дешёвого бухла. — Небось боится заплакать, хе-хе.
Я едва заметно ухмыльнулся себе под нос. Мои глаза действительно всегда скрыты за массивными AR-очками с чёрными стёклами. Но если бы ты, дядя, знал, что у меня под ними — ты бы заплакал сам.
Обычно я обходил такие норы десятой дорогой. Вот только сегодня фоггер-бригада Кэсси праздновала здесь «удачное завершение миссии», и у меня были на этот счёт очень, очень нехорошие предчувствия. Я не раз говорил ей — от её «партнёров» смердит гнилью и безысходностью. Заносчивый Крокер, скользкий проныра Уэйдж, Хорват с его постоянной гадкой ухмылкой и рыхлый Пафф. Это не фоггеры, а шакалы, готовые сожрать своего же вожака за кусок пожирнее.
Но она не слушала, и перед визитом сюда сказала — «Сама разберусь, можешь не приезжать». Ну-ну. Как будто бы я мог её бросить. Кэсси на себе тащила нас двоих после того, как мать исчезла в корпоративных недрах, а отец сгинул в Тумане. А сейчас я вырос, и сам готов нести ответственность за свою сестру.
— Где вип-комната? — тихо спросил я у бармена.
Мужик, сверкая вставками дешёвых имплантов на лице, лишь кивнул в сторону неприметного шлюза в конце зала.
— Там занято, шкет. Вали, пока цел.
— Сейчас освободится.
Он лишь фыркнул. Логично — что может противопоставить тощий сопляк четверым матёрым киборгам с боевым железом? А вот и посмотрим.