Автор: Малена Морган
Я стою на коленях.
Подо мной медвежья шкура, густая, тёплая, ещё пахнущая зверем и дымом, и мех щекочет голую кожу под коленями так, что я едва сдерживаю дрожь. Камин гудит совсем рядом, и его жар ползёт по моему плечу, по щеке, по ключицам, ныряет ниже, под распахнутую рубашку, которая едва держится на одном пуговичном узелке у самой груди. Эту рубашку мне не вернут. Я знаю.
В доме тихо так, что слышно, как трещит смола в полене. Как капает воск со свечи на каминной полке. Как тяжело, медленно дышит мужчина за моей спиной.
Их трое.
Я не вижу никого, но чувствую каждого. Север стоит сзади, я узнаю его по запаху, по тёплому, плотному, как мех, духу табака и кедра, по тому, как пол под его сапогами едва заметно скрипит. Игнат напротив меня, на расстоянии шага, и его молчание давит сильнее, чем чужой крик. Я не поднимаю глаз, но знаю, что он смотрит. Он всегда смотрит так, будто уже трогал. Тихон где-то сбоку, у окна, и я слышу, как он чиркает спичкой, как затягивается, как выдыхает дым медленно, лениво, будто у него вся ночь впереди.
У них у всех вся ночь впереди.
У меня тоже.
За окном воет метель. Густая, белая, бешеная, и из-за этого воя кажется, что в мире больше нет ничего, кроме этой комнаты, этой шкуры, этих троих и меня. Никто меня не ищет. Никто не знает, где я. Я сама пришла на этот свет в окне, сама постучала в эту дверь, сама опустилась сейчас на колени.
Сама.
Сзади ко мне шагают. Медленно. Половица под сапогом стонет так глубоко, что у меня внутри отзывается какой-то незнакомый, низкий толчок. Я зажмуриваюсь. Воздух становится гуще. Я слышу, как Север останавливается прямо за мной, как он опускается, как его колено почти касается моей спины через тонкую ткань.
Потом приходит ладонь.
Тяжёлая, горячая, шершавая. Он не хватает. Он кладёт её мне на затылок, бережно, как кладут что-то очень своё, и его пальцы медленно, по одному, погружаются в мои волосы. Сначала у корней, потом глубже, и я чувствую, как он наматывает прядь себе на кулак. Не больно. Пока не больно. Но он держит. Он показывает, что отпускать не собирается.
Я выдыхаю. Тихо, дрожаще, сквозь приоткрытые губы, и мой выдох летит в сторону Игната, который стоит передо мной. Он слышит. Я вижу, как у него дёргается челюсть.
— Подними голову, — говорит Север сзади.
Голос у него низкий, спокойный, без нажима. Ему не нужно давить. Его кулак в моих волосах делает это за него. Он легонько тянет, и моя голова сама поднимается, и подбородок задирается, и шея открывается, и я наконец встречаюсь глазами с Игнатом.