— И с чего вдруг он должен был умереть? — хмыкнул Вагнер.

— Потому что еще перед отъездом Дия знала об этом, — пожал я плечами. — Кровавые ритуалы, работают не так, как врожденный дар. Они вытягивают жизнь из самого пользователя, и тебе это известно.

— Вот только действуют лишь на простых людей, — возразил Марцин. — Маг, воспользовавшийся ритуалом заемной жизни, лишь уменьшит свой дар, но никак не продлит свои годы.

Я кивнул в ответ.

— В том-то все и дело, что у Юстаса нет своего дара. Он родился без магии, хотя в его крови она и спала, как и у любого магически неодаренного аристократа.

Магистр поморщился.

— Слишком много допущений, Киррэл, — покачал он головой. — Ты всерьез утверждаешь, что чародей достаточно старого рода не только нашел запрещенные знания, но и разобрался в них. При поддержке короля. Понимаешь, как это звучит со стороны?

Я кивнул и откинулся на спинку кресла. Неприятно осознавать, но тут Марцин прав — звучит, как бред. Но в отличие от Вагнера, я точно знаю о доказательстве, против которого не попрешь. Вот только рассказывать о нем нельзя, я прекрасно представляю, что ждет Дию после моего откровения.

Не то чтобы она для меня что-то значила, однако я дал слово, что не сдам ее. И был намерен его держать. Пусть сменяются короли, убивают культисты или истребляет нечисть орден — мне нужно, чтобы слово Киррэла Шварцмаркта было тверже камня. Потому что для бастарда нет худшего исхода, чем недоверие аристократии. Мне ведь тут еще жить.

Кроме того, как полукровка, Дия может оказаться полезна лично мне. Да, если Юстас помер, черт бы с ним, но его внучка — наследница, возможно, не первой очереди, однако… Иметь обязанного тебе человека из аристократического рода намного выгоднее, чем его не иметь. К тому же после всех событий, случившихся со мной в Эделлоне, доверия к Аркейну у меня так и не появилось.

Династия в Крэланде сменится — не страшно. Чернотопье слишком далеко и слишком мелкое, чтобы у меня возникли проблемы с королем Меридии. Даже моя связь с орденом — не такой уж повод для каких-либо санкций со стороны завоевателей, у них и самих подобные бароны имеются. Вот если бы я все же повелся на предложение Равена, и взял Агнесс в жены — тогда бы был иной разговор, а пока я сам по себе, всем будет плевать на Киррэла Шварцмаркта.

Вздохнув, я взглянул на Марцина. Декан темного факультета листал альманах и все больше хмурился. Что он там такого нашел, я не знал, но, похоже, уверенность в том, что я ошибся, все больше улетучивалась.

— Ты знаешь, откуда в твоем роду дар демонологии, Киррэл? — задал наводящий вопрос Вагнер.