Оставались два самых непредсказуемых элемента. Два джокера в нашей колоде. Я решил начать с самого хаотичного.

Я открыл личный чат с Бошкой.

[Лично][Маркус]: Бошка, мы собираемся в Затонувший Храм. Данж с уникальной механикой приливов и отливов, древняя архитектура. Источник редких реагентов и, возможно, пара интересных системных аномалий. Присоединяйся.

Ответ прилетел почти мгновенно, как выяснилось, полный пренебрежения к мирской суете.

[Лично][Бошка]: Храм? Скукота! Приливы, отливы… банальная физика! Цикличный, предсказуемый алгоритм. Это не система, это просто часы с водяным заводом. Скучно! Зови, когда найдешь данж, где время течет в обратную сторону и босс является собственной тенью из будущего. А ковыряться в мокрых камнях — увольте. У меня тут назревает эксперимент по созданию самовоспроизводящегося заклинания лени. И мне кажется, это куда интереснее!

Я усмехнулся. Бошка был верен себе. Его интересовала не сложность, а именно «неправильность» системы. Затонувший Храм был слишком логичен для него.

Оставался последний элемент. Самый идеологически заряженный. Я открыл чат с Праведником.

[Лично][Маркус]: Мы готовы выступить. Наша цель — Затонувший Храм Древних. По сведениям Михаила, это место было осквернено во времена Войны Раскола. Мы идем, чтобы не просто найти сокровища, но и очистить эту древнюю святыню от скверны, что гнездится в ее глубинах. Нам нужен твой Свет в этой миссии.

Я ждал. Ждал пафосного ответа о священном долге или, возможно, отказа, если миссия покажется ему недостаточно «праведной». Но ответ, который пришел, был на удивление коротким и полным решимости.

[Лично][Праведник]: Я иду. Укажи место сбора. Мой молот готов нести воздаяние!

План сработал. Я обратился не к танку, а к паладину. Я предложил ему не фарм, а крестовый поход. И он не мог отказаться.

Команда была в сборе.

Тишину бухты нарушал лишь мерный плеск весел.

Наша лодка скользила по темной, почти черной воде. Впереди, вырастая прямо из моря, возвышался Затонувший Храм.

Я ожидал увидеть руины, похожие на греческие или римские, но реальность оказалась куда более чуждой и величественной. Из воды торчала лишь вершина гигантского, монументального сооружения. Это была не башня и не крепость. Это была усеченная пирамида, сложенная из гладких, темных блоков, покрытых сложной резьбой. Она напоминала пирамиды майя или ацтеков, но ее геометрия была слишком идеальной, слишком острой для человеческих рук. Лунный свет скользил по мокрым камням, заставляя их переливаться, словно чешуя гигантского морского змея.