На императрице лица нет, так взбледнула. С чего бы, интересно? Так жалко отдавать эти два стальных колечка?

А непростые они явно. В резонанс они вошли, стоило только мне колечко на пальчик девушки нацепить, и когда она одновременно со мной мне на мизинец левой руки это, не снимаемое теперь украшение, надела.

Стоп! Как же так⁇ Ведь стального цвета была эта железяка!!!

А теперь…

Всеми цветами радуги пылает кольцо у меня на руке, на всю маленькую часовню. Отблески разных цветов лучиками рисунки по стенам рисуют.

Длилось это светопреставление всего ничего, секунд пять не больше. Но явно что-то произошло из рук вон выходящее. Теперь бледным выглядит не только императрица, но и сам священнослужитель.

— Боги приняли вашу клятву. Разрешение матери услышано всевышним — сухим, кашляющим голосом, буквально проскрипел старик. — Благословляю вас, дети мои…

Увы, но поцеловать невесту мне, попросту не дали.

Голосок её. Кулон на шее у неё, мною активированный висит. Не спутать девицу ни с кем. Даже за руки подержаться нам не дали. Служба закончилась и девчонку быстро из часовни вывела через другой выход, императрица. Я же, как дурак остался наедине с алтарём. Священник вышел вслед за правительницей.

— Ну, и дела… — взволнованный какой-то голос у Бори.

С чего бы это. Небывалые дела. Уже сам факт того, что искин в опять какие-то эмоции показывает, говорит о неординарности, возникшей с нами ситуации…

— Василису быстро императрица, ожидающим в той комнате женщинам, с рук на руки передала. Прямо сейчас в Зимний Дворец, в Питер, твою невесту увозят. К чему такая спешка? Непонятно пока. А вот разговор у священника и императрицы интересный происходит. Послушай. Тебе понравится. Увы, но видео нет. Через коммуникатор императрицы связь держу. Камеры в часовне отсутствуют. Слушай…

Словно помехи в эфире радиостанции, которые, впрочем, пропали, не успев и появиться. Но треск в ушах был приличный.

— Помехи магические⁇ — Поражаюсь я.

Хотя и неудивительно, я же стою почти вплотную к алтарю. Может, от него наводка сил идёт? Но подумать об этом я уже не успеваю. В ушах раздаётся голос императрицы…

— … то есть, как это ты не смог, ни на него, ни на неё, поводок накинуть? Колечки ведь у них на руках, у обоих. Метка стоит, а запустить ты её не смог, получается? — Каким-то обескураженным голос Анны, слышится мне.

Сильно она чему-то, пока неясному мне, удивлена… вернее даже, поражена.

— Не понимаю, что произошло — отвечает ей второй голос, принадлежащий, судя по всему, святоше. — Обычная ведь, привычная процедура. И ещё… функционал не отключён. Он, как бы это сказать, расширился, и приоритет перешёл к носителю. Теперь они сами нашими маленькими артефактами, каким-то образом, будут управлять. А снять, не получится.