Весьма нагло, надо сказать, делаю я им необычное предложение. Но похоже заинтересовал…
— Заинтриговал. — Улыбается Анна, а сама на дочку посматривает. — А ты, что скажешь?
В глазах у наследницы пляшут бесята…
— Легко! Всё едино, без твоего решения ничего на люди не выйдет. — кивает довольная Ольга. — Но вначале, чтобы принять окончательное решение, я бы хотела послушать, какую песню ты собираешься посвятить моей сестрёнке. Ведь, для неё же, у тебя в голове родилась песня? Ведь так? — спрашивает она меня прямо. Киваю, на что довольная Ольга едва ли в ладоши, от переполняющих её чувств, не хлопает. — Василиса… ты ведь хочешь услышать, что придумал именно для тебя, этот необычный юноша?
Впервые прямой взгляд на меня со стороны красавицы. Всматривается, словно что-то знакомое увидеть пытается.
— Что-то? — смеётся Боря — У алтаря она давала клятву на верность мужу, поправлюсь, жениху при обручении. А им должен был быть Салтыков!!! А может, и клану «БУДУЩЕГО» мужа она давала клятву??? Кто его знает. Полная привязка, получается. Не уверен, но что-то она чувствует в отношении тебя. Но давай послушаем, что сама она скажет на этот счёт…
— Интересно и мне. — звонкий, как колокольчик, юный голосок, у милой леди. — Мне уж точно никто и никогда песен не посвящал. Меня Василиса теперь для всех зовут. — сама представляется мне девушка. — Я урождённая Стюард. Дальняя племянница Британской Королевы, и родственница вашей, теперь уже нашей, правительницы, императрицы Анны. Я в вашу страну жить приехала и очень рада узнать, что в ней есть такие талантливые люди как вы, Сергей. Я просто поражена тем, что тут о вас рассказывала Ольга, моя сестра. И я с удовольствием послушаю песню, которую вы для меня, как оказывается, только что тут при нас, придумали. Просим…
Милый картавый акцент. Непривычно рождённой в Британии англичанке выговаривать правильно русские слова. Очень уж наш язык для иностранцев сложный.
А ведь она похоже, где-то моя ровесница по возрасту. Забавно может получиться…
Теплота по груди волной пошла. Такое ощущение, как будто тону я в глубине этих голубых, прекрасных глаз.
— Всё! Похоже, ты пропал. — смеётся Искин. — До чего же вы люди сентиментальные и глупые. Но надо признать… любовь у вас, одно из самых сильных чувств, и ради неё вы, люди, на многое способны пойти, вплоть до самопожертвования. Надеюсь, у нас до этого не дойдёт. Дерзай! Понял я, что ты собираешься делать. Как вариант! Мы в любом случае, ничего не теряем.
Пауза затягивается. Я не могу оторвать от лица девчонки своих глаз, и она как-то обескуражено всматривается в меня, что-то во мне найдя особенное.