— Потому, что я хозяйка, а они… как бы это правильно высказаться, что-то вроде квартирантов там. На птичьих правах они там находятся. Об этом никто не знает. Мой первый предок подарил им эту усадьбу, но с условием, что в любой момент он её у них заберёт, для своих целей. Не забрал. А они просто, как хранители его воли и всё. Но эти хранители сейчас себя ведут там, как хозяева, а нас не допускают, потому что боятся…

Я же киваю, понимая, чего боятся Пожарские… того, что контролёр признает Романовых, основную ветвь семьи. Но не понимаю другого…

— А почему бы вам, в наглую к ним в гости, через реку, не прибыть. Что мешает-то?

Усмешка на её лице и опять, совсем нерадостная…

— Были прецеденты. — говорит она — Даже в своё время пытались силой туда прорваться…

Но я уже знаю ответ…

— Все погибли? — спрашиваю я, её.

Кивает…

— В том числе, и мой прямой предок.

Ага…

— Но почему… — честно не понимаю я.

— Да всё потому, что сам наш первопредок сказал, что только по приглашению хозяев… ну, квартирантов этих, туда зайти можно. Сказал тому, кто это место и охраняет.

Ага, значит всё-таки контролёр. Будем готовы и к этому.

Молчу я. Молчит и императрица. Так и не дождавшись от меня ещё вопросов, продолжила начатую в нашем разговоре, мысль…

— Так вот, в чём суть моей просьбы… ты звонишь мне и сообщаешь, что ты выполнил условия дуэли ваших с Пожарским договорённостей. Думаю, Ольге будет интересно посетить, впервые за столько столетий, поместье, которое когда-то принадлежало нам. И ты её пригласишь. Ведь так?

Ну, а чего кочевряжится.

Но паузу в моём ответе, императрица восприняла по-своему.

— Она приедет не с пустыми руками. Обещаю, будет подарок, а какой, скажу так… — улыбается Анна теперь уже вполне открытой улыбкой — он будет связан с историей этого древнего поместья, а если быть точнее, то будет частью этой истории. Ну как, заинтриговала тебя?

Улыбаюсь, в ответ.

— Договорились, ваше Величество…

— Ну, и отлично, а теперь иди, веселись, ты этого заслужил. — отпускает она меня.

Но я не спешу уходить.

— У меня есть тоже условие ваше Величество. — говорю я.

А вот теперь взгляд у неё заледенел.

— И какое условие? — Всё же удержала она злость в голосе.

И таким же мягким он, мне кажется, хотя, как Боря намекнул, она вся внутри горит буквально, праведным гневом.

Но мне всё равно…

— Ольга пускай приезжает не одна, а со своей сестрой… — говорю я — Василисой. Без неё, Ольгу не пустят.

Кажется, я почувствовал скрежет её зубов. Но неожиданно черты лица её разгладились.

— Думаю, она вспомнила, о чем говорил тот священник, который и проводил обряд обручения, вернее, вашей помолвки с Василисой. — говорит Боря.